Откровенно говоря…

Где-то по-человечески, в первые часы переворота, наверное, и можно было понять растерянность и неуверенность своей позиции в действиях наших руководителей.

Я, говорю, наверное, ибо далее, несмотря на многократные настоятельные требования депутатов к председателям Совета и исполкома о необходимости их официального заявления по краевому телевидению и радио, в соответствии с нашими же российскими законами, всё же с их стороны в конце концов так и не последовало принципиальных действий, разоблачающих порочную сущность заговорщиков из центра.

Нет! В крае не было введено чрезвычайного положения и комендантского часа. Это верно.

Но ряд требований ГКЧП все же был реализован. В нарушение Закона о печати, статусе местных и российских депутатов последние были лишены возможности публичных выступлений в средствах массовой информации. Мое предложение о предоставлении такого права хотя бы Депутатскому клубу и группам было сходу отвергнуто президиумом и исполкомом и заблокировано аж до 23 августа, когда впервые увидела свет публикация сопредседателей Депутатского клуба «Провинциальная хроника государственного переворота».

Совершенно резонно задать нашим руководителям вопрос: почему Указы Президента России появились в «Алтайской правде» только 21 августа, хотя первый Указ был получен крайсоветом еще вечером 19 августа и о чем депутаты крайсовета были информированы далеко не сразу.

И почему зам. председателя Совета Ю. П. Ильиных вплоть до 27 августа расценивал телеграмму первого секретаря крайкома РКП, депутата В. А. Сафронова, данную им в горкомы и райкомы партии о поддержке путчистов на местах, всего лишь как досадную ошибку и политическую недальновидность? Зачитываю телеграмму.

«В связи с введением чрезвычайного положения примите меры участию членов бюро выборного партийного актива коммунистов проведении трудовых коллективах разъяснительной работы поддержку и содействие государственному комитету чрезвычайному положению СССР.

В практической деятельности строго руководствоваться Конституцией Союза ССР законами СССР о правовом режиме чрезвычайного положения. Пленум крайкома КП РСФСР переносится, сроки сообщим дополнительно – секретарь Алтайкрайкомпартии РСФСР Сафронов».