Курс на белую волну

Дело в том, что Анна была любительницей пострелять из ружья или лука. И тем и другим владела превосходно. Обычно стреляла в птиц. По этой причине окна во Дворце были открыты постоянно, в любое время года и погоду. Анна, как женщина, во всех отношениях крупная (поговаривают, могла корону на грудь положить, и та лежала, не сваливаясь!) холода и сквозняков не боялась. В опочивальне у нее всегда лежало заряженное ружье и лук со стрелами. Вот она из окна и стреляла. Била метко, это известный факт. В те времена дичи летало много, даже в районе современной дворцовой площади (это представить несложно, если знать, что Анну Иоанновну, когда она после коронации возвращалась из Москвы, губернатор Петербурга встречал … у реки Фонтанки, там граница города проходила, а дальше все: леса да болота).

Тем более, что императрица одним из первых указов повелела не бить дичь в округе Петербурга на сто верст.

Бывало, за день набивала по несколько десятков животины.

К чему «speech»?!

К тому, что иногда и по людям императрица тоже стреляла.

Прям, как мы в диком советском детстве восьмидесятых, бросали из окон всякую летающую ерунду на головы прохожим.

Увлекся.

Возвращаемся.

Стреляла, значит, по прохожим. Калечила, иногда убивала. Такое вот развлечение. Чтобы было понимание, сразу стоит оговориться. Подобные эксцессы к недовольству и, тем более, бунту привести не могли. Императрикс (по Пикулю) – богоизбранная правительница. Народ – ее подданные, сиречь рабы.

Делай, что хошь, матушка-царица. В Петербурге в то время на рынках людьми торговали, правило «первой ночи» было, как говорят у нас в Берлине, «selbstverst?ndlich», женщины вообще бесправные пока что (до Владимира-свет Ильича и Александры Коллонтай еще ой как далеко, это ведь благодаря ей женщины получили права – к примеру, разводиться по своему желанию!), рекрутов до смерти секли за невыполнение артикулов. Те еще времена…

В общем, застрелить десяток-другой подданных не казалось из ряда вон выходящим.

В этом смысле соприкосновения с народом было гораздо больше. Сейчас без иронии.

Потом, вот эти солдаты, которые стоят на карауле во дворце.

Давайте пофантазируем вместе.

Вот гвардеец сменился. Пошел в кабак, что тогда (как и сейчас) было делом обычным. С ним за столом гуляют какие-то случайные люди. Причем, этот самый солдат в своей повседневной жизни постоянно общается с самыми разными людьми в городе.