Комната Бога

Члены племени смотрели на него пустым, затуманенным взором; мысль в головах их, казалось, разгуливала перекати полем по лишенным извилин мозгам.

Длинный, песчаный пляж тем временем умиротворенно ласкали волны под нежным натиском легкого, летнего бриза. Группа расположилась поодаль от перешептывающихся волн, в тени могучего, пышного дерева, величественно раскинувшего свои длинные толстые ветви. Растрескавшаяся, выщербленная временем и ветрами кора громоздкого растения говорила о том, что лучшие его года уже позади.

За сотни лет, этот исполин успел насладиться жизнью сполна; вокруг него сменялись эпохи, он ощущал на себе свирепые бури и грозы, после которых всегда приходили сладостные, согревающие лучи солнца. Как и сегодня – бархатное дуновение ветра, сияющий в безоблачном небе желтый диск, безвозмездно одаривающий все живое теплом.

– Гуло! И ради этой ерунды ты пропустил охоту? Нам есть нечего, идиот! – возмущенно завопила женщина, посматривая на странное, по ее непреклонному мнению, абсолютно бесполезное изделие.

Она была старшей из жен вождя племени и к ее слову прислушивались с особым трепетом. Соплеменники все как один одели маску осуждения, и хмуро сверлили порицанием пролагателя новых путей.

– Райда, ты не понимаешь! Это изменит наше представление о мире, – воодушевленно и добродушно начал оправдываться Гуло. – На этой штуковине можно добраться до той лесной полосы на горизонте, что так долго была для нас недосягаема. Новые земли! Я уверен там будет много еды…

– Да там точно такой же пустырь, как и здесь! – рассерженно рявкнула Райда.

 – Что ты хочешь там увидеть? Розовых бизонов? Или может быть трехголовую черепаху? Сегодня утром я провела обряд крови, и наши мужчины вернутся с добычей. А ты…Ты позор племени! Вечно витаешь в облаках, пока другие работают.

– Да!

– Так и есть!

– Все верно говоришь, Райда!

Раздались поддакивающие, злобные возгласы из толпы.

– Как будто обряд крови хотя бы раз помогал…, – пробурчал себе под нос Гуло.

– Что ты сказал?! – проскрипела Райда, приблизившись вплотную к горе-изобретателю, одарив его своим затхлым дыханием.

– Я могу доказать! – твердо выпрямился Гуло, с трудом сдерживаясь, чтобы не сморщить лицо. В глубине души он знал, чем обернется его презентация, но все же надеялся, что ему удастся пробудить в соплеменниках тот же огонек, что разгорается в нем, при каждом взгляде на таинственную лесополосу, слабо проглядывающую на горизонте из-под толщи воды.