Исчезнувший в подземельях Шамбалы

Всегда приветливый, учтивый, готовый выслушать и помочь если не деньгами, то уж добрым советом пренепременно. В свои под-восемьдесят Николя выглядел, как будто ему и семидесяти в помине нет! На все вопросы отшучивался: «Активный образ жизни, поменьше стрессов и немного французского коньячка перед сном… Граммов так пятьдесят. Правда, жаль, что без сигареты, врачи строго-настрого запретили это баловство».

– То есть вы подтверждаете, что никаких психических расстройств у Николя Легранжа не наблюдалось? – задал я последний вопрос аптекарю.

– Безусловно. Николя выглядел вполне адекватным и здоровым человеком для своего возраста.

Получив исчерпывающий ответ, я отправился прямиком в отделение полиции этого района. Хотел было взять такси, но решил пройтись, тем более день обещал быть солнечным и без осадков.

Мне повезло, что инспектор Кантона, занимающийся делом Легранжа, оказался на месте. Это был лысоватый мужчина лет пятидесяти, смахивающий на зануду-бухгалтера, которому постоянно недоплачивают, или человека с затаенной обидой на весь окружающий мир.

Сразу было понятно, что разговор вряд ли будет конструктивным и содержательным.

– Чем могу вам быть полезен, месье Горнье? – скривившись, произнес инспектор, вернув мне удостоверение.

Было видно, что полицейский не из тех, кто благосклонно относится к нашему брату, журналисту. Наверняка думает, глядя на меня: «Приперся столичный хлыщ, умничать будет и вопросы свои дурацкие без конца задавать.

Ему-то что, язык без костей, начальство не требует результата расследования… Пиши свои никому не нужные, дурацкие статейки, да щеки надувай для пущей важности. Что-нибудь ляпнешь сгоряча, потом пропечатает в своей паршивой газетенке, век не отмоешься!»

В принципе, на другой прием я и не рассчитывал. По долгу службы мне очень часто приходилось контактировать с правоохранительными органами, и       я нередко ловил на себе настороженные и недоверчивые взгляды.

– Я пришел к вам по поводу гибели месье Легранжа, меня попросила об этом его сестра, мадам Шатобриан-Рене, – как можно вежливее обратился к инспектору.

Зачем ссориться на ровном месте? И добавил: – Узнать, как продвигается следствие.

– А что тут узнавать? Вскрытие показало: несчастный случай. Человек в возрасте, перенервничал, вот и не выдержало сердце. Никаких насильственных действий не обнаружено. Не могу вам показать акт вскрытия, но поверьте мне на слово.