Исчезнувший в подземельях Шамбалы

Всего было найдено 43 человека по фамилии Николя Франсуа Легранж, но ни один не подходил под описание нашего парижского Легранжа одиннадцатого года рождения. Им всем, за исключением маленьких детей, были показаны фотографии разыскиваемого, но канадские Легранжи понятия не имеют, кто это такой.

– Что скажешь? – обратился ко мне месье Бернар, видя, что я полностью ознакомился с отчетом.

– С этим поспорить сложно, но не могла же его сестра что-то напутать… Несколько раз говорила про Канаду. Скорее всего, это он ввел ее в заблуждение.

Но с какой целью? Письма и открытки без марок и конвертов, потом эта пишущая машинка…

– Какая пишущая машинка? – шеф удивленно взглянул на меня. – Ты мне ничего об этом не говорил.

Я в подробностях рассказал ему о моем телефонном разговоре с мадам Флоренц, в котором она объяснила, почему брат печатал письма на машинке, а не писал от руки.

– Все это очень и очень странно, – месье Бернар, вскочив со своего кресла, начал прохаживаться по кабинету, как маятник – туда и обратно.

 – Мутные открытки без сопроводительных посланий, письма без конвертов… Так, к тому же, и почерк невозможно сравнить. Видишь ли, сухожилия порезал! А еще выходит, что нашего Легранжа и вовсе не было в Канаде. Зачем ему весь этот цирк? Он явно не был идиотом.

И явно что-то скрывал…

– Может, все это время он находился совершенно в другом месте? – осенило меня. – Но никому не хотел об этом рассказывать. Вот и придумал Канаду.

– Ну и зачем? – возразил шеф.

 – Он, что, бывший разведчик-нелегал, вышедший на пенсию по возрасту? Даже если и так… Врать сестре зачем? Можно ведь рассказать почти все, но не особо вдаваясь в подробности.

– Не знаю… Я составил список студентов, которые учились с ним в одной группе. Серж должен собрать о них информацию, и я собираюсь потом побеседовать с каждым, вдруг узнаем что-нибудь интересное. Может, он дружил с кем-нибудь из них?

– Это правильно, ты молодец. Действительно, давай пока не будем делать поспешные выводы, а дождемся, что поведают его сокурсники.

На том мы и порешили.

Серж позвонил через три дня и продиктовал три адреса с номерами телефонов из моего списка, под пунктами три, семь и девять. Под этими цифрами были записаны мужчина и две женщины.

Мадам Вайолет я позвонил первой и договорился о встрече, пояснив, что я журналист по имени Андрэ, и речь пойдет о ее бывшем сокурснике – Николя Легранже.