Забытый пантеон: Ушедшие хранители Яви

– Хорошо, вот это отлично! Повелитель будет доволен! – сказал старик тем же хриплым голосом, – А точно все из группы мертвы? Мне доложили, что были проблемы с их егерем, – вдруг спросил старик и так посмотрел на своего подчиненного, что тот аж голову опустил.

– Так точно, господин! – ответил тот, – мне сообщили, что его подстрелили, и он упал в реку, выжить он вряд ли смог, а если и смог, то на запах его крови придут хищники. Но на всякий случай я уже послал группу за его маленькой дочерью. Ее скоро доставят к нам.

Побудет пока у нас на случай, если егерь объявится.

– Это хорошо, Гохард, – сказал старик, и мы впервые услышали имя того, кто был командиром их отряда. – Действуешь на опережение, одобряю. Поселите ее в теплой комнате и кормите хорошо.

– Но зачем? – с непониманием переспросил Гохард. – Бросим в темницу, и пусть гниет.

– На нее свои планы, – ответил старик, – через две недели принесем ее в жертву повелителю, а он предпочитает здоровых детишек, – сказал он и засмеялся.

Глава 4

Изображение пропало. Мы с Ягиней стояли, ошарашенные таким видением. То, чего я боялся больше всего, как раз и произошло. Мысли в бешеной скачке пытались найти хоть какое-то решение, но в голову ничего не приходило.

– Скорее покажи мне дочь! – скомандовал я. – Пусть эти ублюдки только пальцем ее тронут, всех урою! – кричал я, как будто сам на себя.

Ягиня повторила ритуал и положила тарелку на центр стола. После того как изображение прояснилось, мы увидели страшную картину.

В небольшой квартирке на полу лежала пожилая женщина, это была бабушка Вики, вокруг нее медленно растекалась большая лужа крови. Трое мордоворотов роются в квартире по шкафам и разбрасывают вещи. «Наверняка делают так, чтоб походило на ограбление», – пришла в голову ужасная догадка. А четвертый держал на руках мою дочь, наспех одетую в какие-то вещи, она была без сознания, но руки и ноги крепко стянуты пластиковыми хомутами.

– Все, уходим! – скомандовал тот, у кого на руках была Вика.

Остальные тут же все бросили и направились к выходу, спустя мгновение квартира опустела, а изображение на тарелке опять исчезло.

– Мрази! Ублюдки! – заорал я во весь голос.

Мысли о неотвратимом и неимоверная ненависть к тем тварям, которые хладнокровно убили тещу и похитили моего ребенка, мгновенно заполнили не только разум, но и душу. Отныне никакого мирного исхода, только месть! – твердил я себе.