Айсфилд

Вдова Вальтер просила помощи у полиции, потому что, по её словам, за ней охотился призрак. Он появлялся по ночам и рыскал по дому, издавая довольно неприятные звуки.

В конце концов, детектив принял решение поставить охрану у ворот дома.

В этом случае приведению пришлось бы заходить с черного хода, где и засел в засаде сам Корнелиус. Как и ожидалось, после полуночи привидение попыталось войти в дом, и после недолгой борьбы Ливьетт арестовал беглого заключенного Боба Холи. Как выяснилось позже, узнав о крупном состоянии Вальтер, он решил притвориться призраком и обокрасть безутешную в своём горе вдову.

Детектив, сделав пару затяжек, встал, подошел к вешалке, снял свое пальто и вышел на улицу.

Резко рванувшийся ему навстречу холод, заставил его съежиться, пока он шел к своей машине.

– Холод собачий, ненавижу холод…

Открыв дверь машины, и быстро запрыгнув внутрь, Корнелиус выдохнул, завёл двигатель и рукой нащупал переключатель печки. Почувствовав горячий воздух, детектив расслабился, по рукам побежали мурашки.

Он как обычно перед отъездом проверил, всё ли находится на своих местах: пистолет, удостоверение, перчатки, очки. После всего этого, недолго думая, пристегнул ремень и тронулся вперед, плавно выезжая на дорогу.

Солнце слепило глаза, и, опустив заслон, Корнелиус увидел, как мелкий снег, искрясь, падает с неба.

2

Плавное скольжение по улицам города успокаивало. Один поворот, другой. Вот мимо промелькнул магазинчик электроники. Спустя немного времени за окном появились вывески продуктовых рядов.

Верный конь, его машина, никогда не подводил Корнелиуса: даже в самых опасных погонях автомобиль легко вписывался в сложные повороты. Словно всадник правосудия, Корнелиус летел на своем коне, преследуя преступника.

Очередной квартал остался позади, и машина детектива затормозила у входа в его любимый магазинчик. Он заглушил мотор и не спеша вышел из машины.

Колокольчик на двери прозвенел, и хозяин магазина – он же продавец и лучший друг Корнелиуса – поспешил встретить гостя.

– Ливьетт! Дружище! Как жизнь? – произнёс он, дружески обнимая Корнелиуса, после чего вернулся за стойку.

– Здравствуй, Марко. Все прекрасно, как и всегда. Вот зашел купить у тебя немного тех замечательных пирожных с вишней, – сказал Корнелиус, осматриваясь по сторонам.

– О! Конечно! Я всегда держу для тебя килограмм-другой. Я же знаю, как ты их любишь.

– Благодарю тебя, мой друг.