Нэргуй Хот

Определить, что когда-то эта ветошь была одеждой можно было исключительно по тому, что у нее когда-то были рукава, закрепляемые у запястий ремешками, изготовленными из странной материи, вроде синтетической. Рядом с ним валялись обломки маски.

– Похож на того абитриба, о котором рассказывала Инга, – прошептал доцент.

Механизм, а это был несомненно он, был выполнен достаточно примитивно, но при этом у смотрящих на него складывалось однозначное впечатление о его футуристичности. Пока изумленный профессор бродил вокруг машины, изумленно цокая языком и пытаясь делать зарисовки, Вадим, по специальным выступам, держась за металлические прутки по сторонам “глаза”, забрался в кабину.

Никаких удобств или средств управления этой техникой внутри не было. На том месте, где, по логике, должна находиться панель приборов, была всего одно единственное углубление. Вместо сидений внутри машины было просто невысоко приподнятое днище. Коновалов пожал плечами и приготовился было спускаться вниз, но ему помешал забирающийся внутрь Туркин:

– Олгой-Хорхой [Легендарное существо, безголовый толстый червь, якобы обитающий в безлюдных пустынях Монголии и убивающий крупный скот и людей на расстоянии, предположительно ядом либо разрядом электричества], Вадик! Олгой-Хорхой! Тот самый “монгольский смертоносный червь”, о котором писал безвременно почивший Локхард из экспедиции профессора Эндрюса в 1922 году.

Мифическое существо, убивающее все живое на своем пути, обитающее в песках пустыни Гоби. Если верить легендам, оно копает огромные подземные тоннели, питается каменной крошкой. На поверхность же выбирается очень редко и исключительно по ночам! Ух ты, смотри сюда…

Покопавшись в планшете, археолог вытащил найденный ранее отполированный слюдоподный осколок. Он идеально подходил под выемку на “торпеде”. Туркин покрутил его в руках, а затем осторожно вложил внутрь. Ничего не произошло.

– Может, на него нужно нажать посильнее? – предположил Вадим.

Илья иванович привстал на четвереньки и, положив ладонь на предмет, с силой вдавил его внутрь.

Будто среагировав на это, изнутри металлического монстра раздалось урчание, больше похожее на то, как пыхают чуть сырые дрова в костре. Профессор быстро убрал ладонь, но ничего не изменилось. Звуки из чрева макабрической машины становились все громче. Вадим попытался вытащить “ключ” из “замка зажигания”, но тот прочно сидел внутри, не сдвигаясь даже на миллиметр.