Вторая жизнь Марины Цветаевой: письма к Анне Саакянц 1961 – 1975 годов

В альманахе публиковались поэты и писатели, имена которых спустя всего лишь несколько лет станут широко известными в стране: Наум Коржавин (первая публикация после ссылки), Николай Заболоцкий, Борис Слуцкий, Давид Самойлов, Евгений Винокуров, Владимир Корнилов, Булат Окуджава, Борис Балтер, Владимир Максимов, Надежда Мандельштам (под псевдонимом Н. Яковлева), Юрий Казаков, – и другие представители литературы, не пользовавшиеся благорасположением власти. Альманах вышел с разрешения секретаря обкома по идеологии Алексея Сургакова без предварительной цензуры в Москве.

Хотя сборник был вполне лояльным и не содержал критики в адрес существующего строя, ЦК КПСС распорядился издание остановить. Главный редактор издательства А. Сладков был уволен, директор Р. Левита получил строгий выговор. А. Сургакову, который разрешил выход издания в обход цензуры, поставили на вид. Выпуск тиража был остановлен, уже выпущенные экземпляры изъяты из библиотек. Последующие выпуски альманаха (планировалось выпускать по одному в 2–3 года) не состоялись.

Ариадна Сергеевна высоко оценила выход альманаха как знаменательное событие в литературном мире, но «маминым разделом» была недовольна: «…составлено как Бог на душу положил Оттену (он нарушил хронологию стихотворений, допустил опечатки, сознательно переиначив Цветаеву. – Т.Г.), – на этот раз он, Господь т. е., не очень-то расщедрился, хоть и много стихов, но пестро, случайно, нестройно», – сокрушалась она[14 - История жизни, история души.

Т. 2. С. 132.].

Вскоре В.Н. Орлов подал заявку на следующее издание – «Избранные произведения» в Большой серии «Библиотека поэта», которая была принята. Орлов осуществлял общее руководство, как редактор серии. Он же написал большую, серьезную вступительную статью «Марина Цветаева. Судьба. Характер. Поэзия» о творчестве и жизненном пути Цветаевой. А составителями и авторами комментариев уже официально были А.С. Эфрон и А.А. Саакянц. В книгу вошли 391 стихотворение (включая циклы), семь поэм и три пьесы.

В отдельный раздел были выделены «Варианты».

Как и в первой книге, здесь тексты сверялись весьма тщательно по цветаевским беловым тетрадям (причем дважды – в рукописи и в верстке), вспоминала А. Саакянц, или по прижизненным изданиям, которые удавалось достать. Ариадна Сергеевна требовала достоверности в проверке дат и событий (так, она писала своему соредактору, чтобы были указаны уточненные даты вторжения фашистов в Чехию в 1939 г.