Reality. Начало пути

–Состояние всё ещё критическое, он очень сильно пострадал в этой аварии. Множественные переломы, в том числе, перелом шейного отдела позвоночника. Пока говорить рано, необходимо подождать, когда он придёт в себя, но, скорее всего, это может привести к частичной или полной потери чувствительности и параличу. Также у него серьёзная черепно-мозговая травма, повреждены многие внутренние органы. Так что сейчас мы поместили его в отделение реанимации. Как только состояние стабилизируется, вам разрешат с ним встретиться.

Вы мать?

–Нет, я друг семьи. Его мать умерла, а отец погиб при аварии, – хотя Сара и отвечала на вопрос доктора, сама она находилась в прострации, пытаясь понять, что ей только что говорил доктор, но мозг отказывался принимать информацию.

–А другие родственники или опекуны?

–Его отец был сиротой, а с родственниками матери я не имею возможности связаться. У меня нет ни их телефона, ни адреса.

–Тогда мне, видимо, следует связаться с департаментом по опеке, – эти слова взбудоражили Сару и привели в чувства.

–Нет, постойте, доктор. Я была обручена с его отцом, и я…

–Но ведь вы не являетесь его официальным опекуном, ведь так? – перебил её доктор. И он был прав. Ричард и Сара никому не говорили о своей помолвке, даже Артур не знал. Они собирались сказать ему в ближайшее время, но так и не успели.

–Нет, но… Ладно, я сама позвоню в департамент по опеке и всё улажу!

–Хорошо, тогда предоставлю это вам.

***

Артуру казалось, что его глаза залиты свинцом.

Он старался их открыть, но у него это не получалось. Ещё его сильно раздражал шум, который он слышал. Этот шум был похож на тот, что возникает, когда настраиваешь радио.

По ощущениям Артура с момента его пробуждения прошло не меньше часа, но он всё также не мог найти в себе силы открыть глаза. Белый шум в ушах немного стих. Хотя разобрать хоть какие-то окружающие звуки он всё же не мог. Но больше всего пугала невозможность пошевелить руками. Он попробовал поднять руку, но не чувствовал ничего.

Ни малейшего движения. Потом он попытался подвигать большим пальцем – и снова провал. Артур начал испытывать сильнейший страх, он не мог ни видеть, ни чувствовать, ни слышать, ни даже двигаться. С каждой секундой его паника возрастала. Пока он не почувствовал совсем рядом знакомый запах. Единственное чувство, которое не подвело, было обонянием, его нос уловил знакомый аромат. Это был мягкий запах лаванды. Столь знакомый и столь успокаивающий.