Гомер vs Вергилий. Демифологизация. Комментарии к «Троянской Войне»

Новые стихотворные рифмованные переводы «Илиады», «Одиссеи» и «Энеиды» выполнены автором и предложены широкому кругу читателей. Впрочем, следить за «Комментариями» возможно по любому из переводов великих поэм; при переводе автора не нарушен порядок песен и строк, равно, как и событийный ряд, представленный авторами поэм и авторами переводов. «Комментарии» следуют порядку поэм и нумерованы следующим образом, – поэма И, либо О, либо Э, номер песни римскими цифрами, номер строки – латинскими, например, – [И.

I.16] и т. д.

Но, сначала, слово о богах.

Демифологизация богов

На Земле живут боги…

На Земле живут боги!

На Земле живут боги?

Какое выражение правильно? То, после которого стоит знак вопроса!

Почему так? Современному человеку ясна простая истина, – «Окружающий нас мир не создан Богом-Создателем за семь дней!» Точно так же, не «Волею Божьею» он прекратит своё существование. Будет ли это «Смерть Вселенной», «Расширение Солнца», «Столкновение с небесным телом», или, не дай бог, «Термоядерная Война», любой другой апокалиптический сценарий, но, уж точно, не «Божья Воля».

Что такое бог или боги в принципе? Откуда они приходят, куда уходят? На этот вопрос можно и должно ответить. Ответ на него многим может не понравиться, но, что делать?

Сколько и каких богов мы знаем? Не вдаваясь в рассмотрение множества богов и божков, чтимых у разных народов обитаемого мира, рассмотрим исключительно богов, чтимых у большинства народов Земли (хотя большинство людей Земли являются простыми язычниками, сиречь безбожниками, атеистами от рождения).

Вспоминаю своего отца, – несмотря на то, что он сын деревенского священника (в обиходе, попа), он представляется мне атеистом по убеждению. Даже те немногие сведения, что отец сообщает мне о деде, позволяют сделать простой вывод: – «Дед мой, даром что поп, на самом деле безбожник!»

Короткая быль, рассказанная отцом:

К моему деду приезжает, по какой-то причине, епископ Тверской и Кашинский.

Встречают его и провожают по чину. Как он уезжает, матушка Антонина Васильевна, моя бабушка, берёт несъеденную епископом просфору, и заворачивает её в рушник. Дед, увидев это, удивлённо спрашивает: – «Тоня, что ты делаешь?»

«Как же, батюшка?» – отвечает жена: – «Чай, святейший батюшка держит её в руках, и вкушает…»

«Дура ты, попадья!» – хохочет мой дед, Казанский Фёдор Дмитриевич.