Во власти небытия

Его крупное, некрасивое лицо выражало собой заметную апатию, а водка была хороша, через пару минут она вовсе завладела головой Прохора, проникла в руки и ноги, наполняя их кровью, настроила по своему усмотрению фокус зрения, и Прохор, расслабившись, откинулся на спинку стула.

– Так-то лучше – сказал капитан Резников, заметив опьянение на лице Прохора.

– Давайте знакомиться, Афанасьев Прохор Сергеевич. Как вы поняли, мы хорошо вас знаем – сказал Резников

– Я вас тоже, только не пойму, каким образом – спокойно и уверенно произнёс Прохор.

– Не удивлён, но всё же соблюдая правила приличия. Я – капитан окружной контрразведки Резников Семен Петрович. Рядом со мной поручик – Выдыш Валентин Вениаминович, представляющий тоже ведомство, капитан Чечек временно отсутствует, но вы ещё встретитесь с ним.

– Майор милиции в отставке, точнее на пенсии, Афанасьев Прохор Сергеевич – официально отрапортовал Прохор.

По лицу капитана Резникова было невозможно определить степень его опьянения. Прохор, размышляя про себя, попытался это сделать, но быстро оставил пришедшую внезапно мысль в покое.

Капитан чувствовал себя вальяжно, если точнее, то совершенно расслабленно. Он почти не делал лишних движений, его взгляд находился то в самой непосредственной близости, то отдалялся совсем ненадолго, погружаясь в какое-то только ему известное измерение. Потом Резников, как будто спохватившись, быстро возвращался назад, боясь упустить что-то важное. Несколько раз за время короткого, по сути, молчания, он пристально старался заглянуть в самое нутро глаз Прохора. Резникову хотелось вывернуть Прохора наизнанку как можно скорее, и Прохор мгновенно почувствовал именно этот странный и пугающий посыл. Через пару секунд взгляд Резникова менялся, и Прохору, застигнутому волной неожиданного страха, начинало казаться, что и этот недружелюбный взгляд лишь показался.

6.

Пауза в общении длилась не больше минуты, но в сознание Прохора она отложилась сумрачной, чужеродной вечностью. В районе середины паузы или может ближе к её концу Прохор начал чувствовать неприятную скованность, захотелось произнести что-то самому, лишь бы поскорее оборвать, тикающую пьяным пульсом тишину, но ничего подходящего не могло появиться в голове, как он ни старался подобрать хоть что-то для продолжения, внезапного и отдающего запахом психиатрической истерики, знакомства.

Затруднение, в которое попал Прохор, разрушил, не обратив особого внимания на оставленную паузу, капитан Резников.