Заря людского господства

Они сидели в таверне «Питьевой родник» и ждали, пока им принесут их заказ. Райан привёл Орисса к знакомому кузнецу, который согласился купить кольцо за две сотни кларонов. Орисс был не силён в торговле, но он всегда чувствовал, когда его пытались надуть. Это самое чувство не покидало его до сих пор, однако желание избавиться от кольца было в разы сильнее жажды наживы. В кои-то веки Орисс решил приглушить свою любовь к деньгам в пользу защиты от плохой приметы.

Народу в таверне было много. Большую часть столов заняли работяги, желающие отдохнуть после трудового дня.

Все они болтали о всякой всячине, лишь бы она не касалась работы. Возле камина у одной из стен сидели несколько стариков, коротая вечер за игрой в кости. В дальнем конце таверны находилась своеобразная сцена, на которой выступали барды, исполняя песни, собранные с разных концов Кемендума. Окружающая обстановка расслабляла, и Орисс постепенно перестал переживать по поводу обмана кузнеца.

В скором времени работница таверны принесла две кружки пива.

Наёмники одновременно взяли их и подняли.

– За шлюх? – усмехнулся Орисс, предлагая тост.

– За проституток, друг мой, за проституток, – с улыбкой ответил Райан, соприкасаясь с приятелем кружками. – За шлюх пить нельзя – не достойны они этого.

– Поверю тебе на слово.

– Да уж, поверь.

Перед тем, как выпить, Райан на мгновение задержал руку с кружкой около своего лица, после чего Ориссу показалось, что его собеседник едва заметно сглотнул. Однако это длилось не больше секунды – стоило Райану сделать несколько глотков, как он снова стал улыбаться.

Очередная песня закончилась, и публика отблагодарила барда редкими аплодисментами. Судя по звуку, на сцену поднимался другой артист. Орисс сидел спиной к сцене, поэтому не видел нового барда. Его это и не интересовало, но внезапный гул хлопков заставил Орисса обернуться и посмотреть, кого публика так радостно встречает. К сожалению, наёмники находились в другом конце таверны, поэтому толком разглядеть любимчика толпы не удалось.

Однако стоило зазвучать новой песне, как Орисс сразу понял, кто выступал. Красивый голос Эрил Сладкоголосой нельзя было перепутать ни с чем.

– Ого, – присвистнул Райан, тоже уткнувшись глазами в сцену. – Это что за пташка к нам прилетела?

– Эрил Сладкоголосая, – ответил Орисс, бросив попытки рассмотреть филиду.

– Давно ли ты всех бардов по именам знаешь? – вскинул брови Райан, тоже перестав высматривать девушку.