Заря людского господства

Это было так много лет назад, что я с трудом помню её содержание. А что, что-то не так?

– Она какая-то странная, – пояснил Эрленд. – На вид, вроде бы старая, но страницы очень уж гладкие, будто на них писали только вчера.

– Это ты верно подметил – она очень старая, – кивнул смотритель. – Если память мне не изменяет, этот фолиант был написан ещё в начале Старого Летоисчисления.

– Ого, – выпучил глаза целитель.

Во всём Лоринаре было признано два летоисчисления: старое и новое. Существовало ещё одно – Ноданротское, однако о нём почти не сохранилось никаких сведений.

Все заметки о тех временах хранились на территории полукровок, в Латории, потому что его создатель, Ноданрот, являлся лорланом, захватившим весь Лоринар ещё до прихода людей. Старое Летоисчисление начиналось с объединения всего континента под властью королевства Кемендум, а Новое берёт своё начало с его распада. Объединённое королевство просуществовало чуть больше тысячи лет. Сейчас шёл 980 год, а это означало, что фолианту, лежащему перед Эрлендом, было около двух тысяч лет. Ни одна книга не была в состоянии протянуть настолько огромный срок, именно поэтому их приходилось переписывать.

– А как этот фолиант ещё не рассыпался? – вновь спросил алхимик.

– Он является магическим артефактом, – ответил Арден.

– Правда? – новая порция удивления не замедлила отобразиться на лице целителя.

– Да, – кивнул старик. – Вообще-то, мы не даём эту книгу посетителям без веской причины, но раз уж ты явился по приказу Его Величества, то я решил предоставить её тебе.

Насколько я помню, там есть интересный момент, связанный с полуконями. Надеюсь, я не ошибаюсь.

В очередной раз поблагодарив старика-смотрителя, Эрленд вернулся к Аннетии.

– Кажется, я нашла кое-что интересное, – произнесла девушка, едва алхимик присел за стол. – Тут говорится о некоторых встречах кентавров с людьми. Никаких подробностей, к сожалению, нет, но, как я поняла, наши народы никогда не воевали. Несколько королей попытались уговорить кентавров сражаться на своей стороне, но они всегда отказывали.

– Мне больше интересно, как кентавры разговаривали с людьми, – задумчиво сказал в ответ Эрленд. – У нас ведь разные языки.

– Так же, как и сейчас, полагаю, – пожала плечами Аннетия. – У них есть особи, которые понимают нашу речь. По крайней мере, кемендумский язык, который превратился в общепринятый. Кроме того, Рессулия, вроде, до сих пор имеет связи с кентаврами.

– В Рессулии, значит, тоже есть кентавры.