По пути с Киану

Между двумя девушками сначала возникает взаимная симпатия, а затем и любовная связь, а тут еще эти пресловутые два миллиона… Продюсеры, кстати, хотели, чтобы братья изменили сюжет – на месте Корки им представлялся только мужчина (да, тогда это было еще так) … но Ларри и Энди настояли на своем. Из-за этого у них возникли сложности с подбором актрис – тогда подобная история мало кому казалась интересной или полезной для карьеры. Но все получилось, фильм вполне себе имел успех, о братьях заговорили как о талантливых режиссерах, их сравнивали с самим Тарантино… для них же это означало одно.

Пора приступать к «Матрице».

Над сценарием его авторы работали пять лет.

«We wrote Matrix before Bound, but nothing happened,» Andy Wachowski says. It took us a long time to work out the studio system… It’s a lengthy process, like watching grass grow.»[20 - Cinescape Online (US), January / February 1998; Web-head by Annabelle Villanueva, with additional reporting by Cindy Pearlman]

Фильм «Матрица», должен был стать первой попыткой экранизации философского трактата, что само по себе интересная задача.

Но как перевести философские парадигмы в визуальные образы?

«We began with the premise that every single thing we believe in today and every single physical item is actually a total fabrication created by an electronic universe. Once you start dealing with an electronic reality you can really push the boundaries of what might be humanly possible.

So, if characters in The Matrix can have instantaneous information downloaded into their heads, they should, for example, be able to be as good a kung-fu master as Jackie Chan.»[21 - Martialarm Martial Arts (US), 1999; Keanu Reeves In The Matrix by Martha Burr]

Сейчас, когда мир одержим идеей – что, кто, у кого и в какой момент сплагиатил, говорить о предшественниках, чьи идеи получили развитие в «Матрице», как-то даже и неловко.

А ведь предшественники были у всех – никто, кроме Дэвида Боуи, не свалился ни с Марса, ни с Луны. В конце-концов нот всего семь, букв… ну, в разных алфавитах по-разному, но тоже вполне конечное количество, а сюжетов в литературе так и вообще только тридцать шесть, и Нобелевская премия по литературе за гипотетический тридцать седьмой так и остается невостребованной.