История

Никакой Рас путин, Два путин или что-то подобное, в нашей стране существовать не может! Делать такие предположения – крайне непатриотично, капитан!

– Виноват, товарищ подполковник, – конфузится капитан. – Я хотел сказать не это, а совсем даже другое. Но, вы знаете… Этот человек… Он говорит… Что он…. Ну вы понимаете…

– Шпион иностранный? – глаза Липкина загорелись.

– Не совсем так… – Гамбургский старается не смотреть в глаза начальнику. – Он называет себя именем, которое в России не принято называть.

– Навальный? – удивляется Липкин.

– Ну, почти… однако, не совсем, – капитан запинается.

– Чего ты голову мне морочишь? – кричит подполковник. – Петух ты – Гамбургский! Отвечай прямо, как он себя называет!

– Распутин… – шепчет капитан.

– Сука! – орет подполковник. – Началось! Ну, я тебя, как человека просил, капитан! Не говори этого вслух! Бля, ну, что же за мудаков наш православный бог нам на службу прислал! Владимир Владимирович, наверное, в гробу переворачивается!

– Он умер что ли? – капитан вообще ничего не понимает.

– Типун тебе язык, придурок! – подполковник вскакивает с места и начинает ходить по комнате, он весь красный. – Дай мне бог терпения с такими долбоебами! Владимир Владимирович наш, он умереть не может! Он бессмертный! Тебя чему на курсах КГБ учили? Или вас сейчас так набирают, прямо с улицы?

– Виноват, товарищ подполковник, – Гамбургский стоит и смотрит в пол.

– У тебя есть только один плюс, капитан, – резюмирует подполковник. – Ты честно признаешь свою вину.

Хотя тебе сложно с этим будет по жизни. Такой долбоеб, как ты, он всегда косячит и всегда виноват. Капитан, давай без нервов, без домыслов и без оскорблений. Расскажи мне про это дело. Как оно есть. Что случилось?

– Профессор Соколов, историк в костюме Наполеона, – докладывает капитан. – Он убил свою телку, вероятно в пьяном угаре, а потом, по питерской традиции, расчленил ее. Через некоторое время профессор пошел выкидывать сумку с частями тела в Мойку и случайно сам упал в реку.

Но вместо Соколова там появился вот это вот персонаж. Примерно так, Иван Абрамович.

– Примерно так? – Липкин смотрит на стоящего капитана и садится на стул. – И как ты предлагаешь это расследовать, Гамбургский? Нырнул убийца, а вынырнул вот этот вот… персонаж?

– Поймите, товарищ подполковник, – пытается сформулировать свои мысли капитан. – Это не простой персонаж. Дело в том, что он еще с царем был знаком. Говорят, будто являлся любовником государыни-императрицы.