Красная дуга

Эпидемии принимали угрожающие размеры. Тогда придумали врага. Эйними! Эйними! Выкрикивали толпы у внешних пределов. Их прозвали анимиты.

Наводнение закончилось также внезапно, и в тот же день, как началось – на третье в ночь. Проснулись утром – остатки пара исчезли, река вошла в берега. Остались обширные заболоченные участки в пойме реки. И яркое Солнце! Будто не было наводнения и так тихо, ярко, словно такое райское блаженство было всегда. У природы есть приятное свойство – забвение. Каждый день, как первый.

Новое начало. Новый Мир. Народ весь в слезах, слезах счастья, слезах радости, облепил берега. Поют песни, целуют землю, упав ничком, раскинув руки. Рано радовались, как оказалось. Началась “золотая лихорадка”.

После наводнения на берегах Склеры появился новый вид лишайника золотистого цвета. Такой цвет он получил от водорослей, пропитанных Радужным Паром. Соприкасаясь с кожей, он вступал с ней в симбиоз. Разделить было невозможно. Чужой, одно слово.

Инкубационный период 14 дней. Через две недели мгновенная испарина золотистого цвета. Испарина высыхала, оставалась корка золотистого цвета. Затем, в течение пяти-семи дней наступал полный паралич. Еще через неделю по всему телу проступал иней. Иней испарялся, тело сублимировало. Сублимация была очень глубокой. До такой степени, что сублимированное тело можно было взять за плечо, перенести куда-нибудь, как лист бумаги. Но тела не умирали. Сохранялся пульс два удара в минуту, один глубокий вдох в две минуты. Сублимированные тела поместили в авиационный ангар на богом забытом учебном аэродроме. Сначала заражались те, кто ходил на реку, открытыми участками кожи касался лишайника. Но, когда болото высохло, затем высох лишайник, ветер разнес болезнетворные организмы по всему городу. Лишаи эти в воздухе “плавали” и ждали жертву. Возбудитель обнаружить не удавалось. Не могли найти никаких изменений в организме. Не там искали, как оказалось. Искали внутри, а надо было искать снаружи. Сторож дедок обнаружил невидимого врага. Сублиматы, помещенные в ангар, излучали слабое голубое свечение. Сумеречно в ангаре было. Окна маленькие. Света мало. Заглянул дедок в ангар и обомлел, и долго рот не мог закрыть. Ангар был объят голубым пламенем. Ноги ватные не гнутся. Дрожа всем телом, доковылял старик к ближайшему телу. Рука у тела свесилась с кровати, и увидел он затемнение на пальце у него.