Зона навсегда. Гладиаторы поневоле

 – Ну, значит, так тому и быть будешь Горда! А что, звучит!

– А почему ты Молот?

– Кузнецом раньше был, из железа что хочешь сделать могу, вот отсюда и повелось.

Сталкер замолчал. Сзади послышались голоса, и он обернулся: боец со шрамом на лбу, не забывая поглядывать по сторонам, что-то рассказывал щекастому, чуть полноватому ходоку, что плелся следом. Вникать в суть разговора Гордеев не стал, вместо этого спросил у Молота:

– Вы меня выведете отсюда? Из Зоны.

– Вообще, мы как бы у тебя в долгу, – ответ последовал сразу.

 – Поэтому сделаем все возможное. Сейчас главное до базы дойти, а оттуда с Ясенем к ученым двинешь. А от них до Периметра рукой подать, дотопаешь как-нибудь… Шучу, шучу! Военным тебя передадут, с ними и улетишь.

Николай облегченно выдохнул.

– Что, не нравится здесь?

– Опять шутишь? – хмыкнул Горда. – Лишь за два этих дня меня три раза чуть не убили. К черту такие приключения.

– Зато именно в такие моменты начинаешь по-настоящему ценить жизнь. Зона, она ведь…

И Молот принялся рассказывать.

Об аномалиях, Грозе, мутантах, группировках, самых редких артефактах, не забыл упомянуть несколько легенд. Говорил он долго и увлеченно, так что Бражник в конце концов не выдержал, рявкнул:

– Заткнись уже. По сторонам смотри лучше!

Когда до серого, полуразрушенного забора, опоясывающего территорию фермы, оставалось примерно километр-полтора, главарь поднял вверх сжатую в кулак руку, перекинулся парой слов с бойцом со шрамом, и оба ускорили шаг, разойдясь в разные стороны метров через триста.

Молот же, видимо оставшийся за старшего, увел процессию в разросшийся кустарник, где ходоки смогли, наконец, присесть после утомительного пути. Особенно тяжело довелось Горде. Грязное тело чесалось, слипшиеся волосы спадали на глаза, мышцы ныли от усталости, в горле пересохло, а в желудке урчало от голода.

– Мужики, – сглотнув слюну, обратился Николай к ходокам. – Пожрать есть что? И воды бы… Второй день кроме плитки шоколада во рту ничего не было.

Один из бродяг тут же снял с плеч тощий рюкзак. Расстегнул его, забрался внутрь, что-то выискивая. Наконец он извлек на свет почти полную бутылку воды.

– Прости, брат, еды совсем не осталось. По дороге сюда последние крохи прямо на ходу сожрали, на радостях, что из «пузыря» выбрались. Попей пока, на базе мы тебя накормим, обещаю.

Одним движением сталкер скрутил пробку и жадно припал к горлышку, осушив емкость более чем наполовину.