Аллоген. Книга первая. Путь Аллогена

Это был упитанный, невысокий хам с уровнем интеллекта чуть выше, чем у свиньи. Пользуясь связями и деньгами отца, «Цыба» свысока плевал на всех жителей города, что всегда стремился продемонстрировать публично. У него имелся личный водитель и шайка «шакалов», которые кормились за его счёт, выполняя при этом все его прихоти.

Максим не раз слышал рассказы о том, что вытворял «Цыба», находясь в алкогольном или психотропном угаре. Его молодцы могли избить человека на улице просто за то, что тот переходил не слишком быстро пешеходный переход перед его автомобилем.

А то, что девушки, которые силой попадали в его автомобиль, обязательно будут изнасилованы, он знал не понаслышке. Все более или менее красивые девушки из их интерната побывали у «Цыбы» в машине и, если большая часть из них туда приходила добровольно, чтобы попробовать вкус дорогой жизни, то остальные там оказывались вопреки своей воли. И никто из них, пытаясь добиться впоследствии справедливости, ничего не смог сделать, так как правоохранителям было не до чувств растоптанных и униженных сирот.

Макс однажды видел, как «архаровцы» Пашки били его одноклассника за то, что тот, проходя мимо, посмотрел «Цыбе» в глаза. Тогда у его товарища половина зубов осталась на асфальте. Поэтому теперь от страха Максим покрылся липким потом.

– Эй, красотка, садись в машину, – обратился «Цыба» к Анюте.

– Сам сиди в своей машине, – дерзко ответила она.

– Не глупи, малышка, брось этого хмырька и садись.

– Едь дальше, – отшила Пашку девушка.

Макс набрался храбрости и, предательски дрогнувшим голосом, произнес:

– Отстаньте от нас.

– А то, что? – удивленно спросил «Цыба».

– Всё, – ответил Максим.

– Ну, ну, – многозначительно промычал «Цыба» и автомобиль скрылся за поворотом.

– Достал уже, – процедила сквозь зубы Анюта.

– Ты его знаешь? – спросил Макс.

– Конечно. Этот имбицил постоянно, когда меня видит, предлагает прокатиться.

– С ним лучше не связываться.

– Я это прекрасно знаю, – ответила она и улыбнулась, заглянув в его глаза, которые он поспешно отвел в сторону, чтобы она не увидела в них отблески страха.

Максим прекрасно понимал, что «Цыба» так просто не отстанет. По вечерам, лежа в своей расшатанной интернатовской кровати, он неоднократно прокручивал в уме, как бы он поступил в следующий раз в подобной ситуации. Он представлял, как поговорил бы с Пашкой и тот благородно бы извинился перед Анютой.