Ничего не бойся

О своих мамаше и папаше, которые не пожалели денег и выучили его шофёрскому мастерству, о неплохом урожае прошлого года, о свежем вине, которое подают в сельском трактире и которое обязательно надо попробовать, и ещё много о чём. Филипп почти не слушал его, оглядывая в боковое окно окрестности. Дорога петляла вдоль реки с красивым названием Луара. Река то приближалась к дороге вплотную, то скрывалась за небольшими холмами и перелесками, выдавая себя бирюзовыми блёстками, видными в просветы между деревьями.

А справа тянулись уже засеянные поля и редкие виноградники. Погода стояла замечательная – май в этом году выдался особенно солнечным и тёплым.

– Чем занимаются месье и мадам Легран? – Филипп прервал монолог Даниеля-Марии.

– Они владеют поместьем «Розе Руж», – с готовностью ответил тот.

– Ну, это понятно. Какую деятельность они ведут?

– Не понял вас, месье?

– Они сообщали, что у них обширные сельскохозяйственные угодья.

– Очень обширные! Много полей! – радостно сообщил Даниель-Мари.

– Меня интересует, что они на них сажают?

– А, вы об этом! Ничего не сажают!

– Но, в таком случае, их кормят виноградники? Они указали, что ими занято до трети всех полей.

– Нет, что вы! Виноградники уже старые, они не приносят урожай. Лоза старая, уже одичавшая, а местами совсем засохшая.

– На что же они живут? – удивился Филипп.

– Месье, мне этого знать совсем не положено, – нахмурился водитель.

– Простите! Просто это немножко странно…

– Странно? – засмеялся водитель.

 – Да, это слово им подходит. У них всё странно. Но ведь это же не преступление. Я полагаю, что если вы не делаете ничего плохого, то вам не возбраняется быть странным. Меня вот тоже некоторые считают странным. Согласитесь, какая ерунда!

– Да, да, конечно! – согласился Филипп.

– Если задуматься, то в мире много всего странного, – продолжал размышлять парень. – Мы едем на автомобиле, который до сих пор многие старики из наших мест считают странной штукой.

Вы сегодня утром были в Париже, а сейчас мы вместе проезжаем мимо замка на берегу Луары. Совсем недавно это было бы невозможно, а сейчас, в тысяча девятьсот сороковом году, нет ничего проще.

– Замка? – закрутил головой Филипп. – Но позвольте, я решительно не вижу никакого замка.

– Вон там, слева, на холме, среди деревьев. Его почти не видно, так как он давно уже развалился, но часть стены и южную башню можно разглядеть над листьями.