Зона навсегда. В эпицентре войны

В планах на ближайшее время у Белова было одно: выбраться к военным. Он надеялся, что они примут его под свою защиту – все необходимые документы у Юрия всегда были с собой. Осталось только решить, куда идти. Вернуться в разрушенный лагерь было бы, в принципе, самой здравой идеей, если бы не два «но»: во-первых, там до сих пор могли орудовать боевики, а во-вторых, ученый совсем не помнил дороги. Значит, нужно было искать блокпост или патруль.

Профессор проверил автоматный магазин, положил оружие рядом, осмотрел себя: после всех злоключений оранжевый комбинезон из-за налипшей на него грязи превратился в коричневый, рукав протерся до дыры, штанина была порвана, а нашивки содрались и потерялись.

Вжикнув молнией, Юрий достал из кармана процессор «Радианта», убедился, что все в порядке, и убрал обратно.

Солнце тем временем поднялось над кромкой леса, одиноко зависнув в кристально чистом, безоблачном небе. Высокие сосны справа качали кронами в такт ветру, слева, в бесконечном ржаво-зеленом поле, верещала какая-то птица.

Профессор, опираясь на ствол дерева, тяжело поднялся.

Впереди у Белова была дорога в неизвестность.

Глава 2

В обществе, где на несколько сотен человек Стрелка была единственной девушкой, ей не требовалось прилагать никаких особых усилий для того, чтобы привлечь мужское внимание. Порой не успевала сталкерша утром спуститься в бар и попросить у Вентиля завтрак, как дорогу ей преграждал очередной поклонник, а иногда и не один. Но все эти мужчины походили друг на друга как две капли воды: грязные, разящие алкоголем придурки, строящие из себя героев.

Стрелка ничего общего с ними старалась не иметь. Обычно пары колких фраз оказывалось достаточно, чтобы неудачливые ловеласы либо отваливали сами, либо их уводили под руку более трезвые товарищи. Но попадались и особо непонятливые упрямцы, наивно полагающие, что «девка у них на крючке».

– Пойдем же, красавица, ты такого артефакта в жизни не видела! – Пары алкоголя, испускаемые ее новым проспиртованным почитателем, заставили девушку сморщиться от отвращения.

Помимо воли ей вспомнился случай, произошедший чуть более полугода назад. В тот вечер Стрелка случайно оказалась в баре «Чикаго» совсем одна, без двух своих товарищей, обычно сопровождающих ее всюду. Получилось так, что сталкерша под всеобщим вниманием голодных до женской ласки бродяг не смогла вымолвить ни слова, а лишь забилась в угол и рыдала навзрыд, умоляя ее не трогать.