Стяжавшая любовь. Том 2

Помню, что она говорила:

– Вот у тебя проблема, нет ребенка, ребенок у тебя будет, нужно потерпеть, он будет попозже – Господь все устроит. И еще многое ему говорила, хотя мужчина ни одного вопроса Матушке не задал. Мне так радостно за него стало! Когда все вопросы мы решили, Матушка дала нам хлебушка, по обычаю благословила троеперстием, и сказала идти вместе. Когда мы шли на автобус, мужчина удивлялся:

– Это же надо! Я у нее ничего не спросил, а она на все вопросы ответила!

От волнения он не все запомнил, что ему было сказано.

Потом я понял, почему Матушка благословила нам идти вместе – нужно было откорректировать то, что сказала старица. Во второй раз мы встретились уже на Лесном кладбище у могилы Матушки – я часто туда приезжал, потому что были затруднения в строительстве храма. После нашей первой встречи прошло около тринадцати-четырнадцати лет, тогда я был молодым, семнадцати лет, без бороды. Смотрю, мужчина на меня внимательно смотрит. Лицо его мне показалось очень знакомым, я подумал, что вроде бы это тот мужчина, с которым мы познакомились у Матушки. После службы я его подозвал, и оказалось, что это был действительно он. То было единственное его посещение келии старицы. И вот по прошествии стольких лет ее слова исполнились – уже в довольно зрелом возрасте, потому что ему было уже лет под пятьдесят, у него родился ребенок по благословению матушки Алипии, о чем он пришел ее поблагодарить.

Был еще такой интересный случай. Собрались мы ехать в Голосеево вместе с моим отцом.

Хотя он с детства был верующим, но в церковь начал ходить, когда я был в третьем классе. Отец все глубже изучал православие, по воскресеньям и праздникам ходил в храм, читал Священное Писание. Но при этом у нас был общий недостаток – отсутствие духовного руководства и множество неразрешенных вопросов. На то время духовную литературу достать было довольно сложно. И когда мы познакомились с Матушкой, это была для нас общая семейная радость. К этому времени он уже воцерковился, и у него возникло желание, чтобы я принял монашество. А я монашества боялся, как огня. Дело в том, что у меня была девчонка, с которой мы пять лет дружили, она была дочь священника. Дружба у нас была чистая, можно сказать, детская. Но, конечно, все шло к тому, что, может быть, в скором времени будет семья. Но я был еще молодой, не спешил, думал, что нужно еще на ноги встать, окрепнуть, работу иметь, чтобы кормить семью, чтобы была копейка.