«Летучий голландец» Третьего рейха. История рейдера «Атлантис». 1940-1941

Каких-то пятьсот книг!

На берегу были явно озадачены. Книги? Для библиотеки? Но у команды не будет времени читать!

Железные кресты… Вот в них недостатка не было. Рогге категорически отверг предложение взять на борт изрядный запас этих наград, чтобы раздавать по мере надобности.

Он весьма холодно возразил:

– Позвольте нам сначала выйти в море и дождаться появления этой самой надобности.

Нам очень нужны были люди, которые стали бы хорошими товарищами и смогли вынести тяготы длительного и опасного морского путешествия.

Капитаны судов и клерки адмиралтейства сговорились направлять к нам пользующийся самой дурной славой человеческий материал, потеря которого никого не волнует.

Люди с вздорными, неуживчивыми характерами, преступники, получившие отсрочку исполнения приговора, тунеядцы… Я не мог взять таких на борт! И Рогге не взял.

От него потребовались колоссальные усилия, прежде чем мы наконец набрали команду.

С другой стороны, я обнаружил, что даже подготовка к боевому походу, а не продолжительному круизу имеет эстетические стороны, о которых ничего не говорится в соответствующих справочниках.

Например, как выбрать подходящую картину, чтобы украсить стену в кают-компании. Поскольку мнения по этому поводу разошлись, мы, до крайности раздраженные, организовали для принятия решения комитет.

Один из офицеров твердо заявил:

– Никаких видов немецких городов. Никаких деревьев, лугов и гор. Это вызовет тоску по дому.

– Ладно, – покладисто согласился я, – тогда, может быть, фотографии красоток?

– Никаких женщин! – активно запротестовал другой.

 – Мы все знаем, к чему это может привести. Нет, только не женщины.

– Превосходно, – сказал я, когда мы наконец пришли к соглашению и выбрали изображение красивого парусника. – Посмотрим, что скажет командир. – И, ощущая гордость столь достойным выбором, я отправился к Рогге.

Сокрушительный удар!

– Ни в коем случае! – взорвался он. – Я не допущу появление такого безобразия на моем корабле.

У него же фор-стеньги-стаксель стоит неправильно!

Когда капитан решительно отверг одобренную всеми идею, комитет потерял интерес к дальнейшим спорам, и решение было доверено мне. И я принес картину Марка[6 - Марк Франц (1880–1916) – немецкий живописец, один из организаторов объединения «Синий всадник».]«Красные кони». Что касается корабля, мой выбор оказался очень удачным и впоследствии вызвал много интереса со стороны посетителей и пленных офицеров.