Опаленные страстью

 – Вон каким молодцом вы выглядите в свои пятьдесят лет!

– Боюсь, я слишком стар для женитьбы, леди Клейторн, – рассмеялся он. – Мне бы годы герцога, и я, быть может, рискнул бы сделать столь безумный шаг. Правда, если бы встретил такую красотку, как ваша племянница. Тогда я, не задумываясь, повел бы ее к алтарю.

Бросив взгляд на леди Делфорд, затмевавшую всех дам красотой, молодые люди весело расхохотались. Было очевидно, что барон не флиртовал, а явно восторгался красавицей.

Мистер Делтон, который был на пять лет моложе барона, язвительно проговорил:

– Должен заметить, такая красотка вам не по зубам.

– А вам, значит, по зубам? – усмехнулся тот.

Дамы озадаченно переглянулись, чувствуя неминуемую ссору. А джентльмены улыбались в предвкушении близкой дуэли. С их физиономии вмиг слетела скука.

– Отнюдь, – небрежно проронил мистер Далтон, сверля взглядом барона. – Думаю, только герцогу Ормонду по зубам.

– Что именно? – донеслось до них.

Компания с удивлением обернулась. С высоты своего исполинского роста Эдгар взирал на них, в его взгляде читался откровенный интерес. А герцогиня Кендал стояла рядом с ним. Гости сконфуженно улыбнулись. Хозяева бала появились в самый неподходящий момент.

Поняв, что никто из стоящих не собирается ответить герцогу, барон Ай непринужденно заговорил:

– Ваша светлость, мы говорили о том, что очаровательный орешек – леди Делфорд – только вам по зубам.

– В самом деле? – смуглое лицо гиганта напряглось от сдерживаемого смеха.

– Именно так, ваша светлость, – подтвердил и мистер Далтон, кланяясь.

Эдгар, не замечая того, что на него со всех сторон направлены пристальные взгляды гостей, безошибочно нашел глазами молодую особу и воззрился на нее. С лица Олимпии сошли все краски. Она не ожидала еще раз увидеть герцога Ормонда. Переживая про себя только что услышанный рассказ, Олимпия сильно растерялась при виде самого героя, который не спускал с нее глаз.

Она не знала, как реагировать на шутку джентльменов: то ли выказать свой гнев, то ли просто смолчать. Пока она раздумывала, как ей поступить, раздался спасительный голос барона, и внимание Эдгара отвлеклось. Когда же он снова обратил на нее взор, она уже обрела способность ясно оценивать ситуацию.