Опаленные страстью

Правда, только ее сердце противится этому браку, потому что она желает кузену достойную партию, а не эту липучку.

– Дорогой кузен, я не ожидала, что ты настолько слеп, – с жаром выпалила Олимпия, бросив на него быстрый взгляд.

– О чем ты, Олимпия? – небрежно откликнулся граф, устремив взгляд в окошко кареты.

Судя по его отрешенному виду, он даже не понял смысла сказанного.

– Ты весь вечер бегал за Викторией, а она улыбалась другому.

– Так ли это, Джеффри? – осведомилась графиня Доз, недовольная услышанным.

 – А я то уже собиралась готовиться к вашей помолвке.

– Ах, тётя Элизабет! – не выдержала племянница. – Неужели вы на самом деле хотите, чтобы эта вертихвостка потащила моего кузена к алтарю?

– Разумеется, Олимпия. Это мое единственное желание.

– Поймите, тетя, богатство – это еще не самое главное для того, чтобы вступать в брак.

Джеффри переглянулся с матерью. Было немного странно видеть всегда равнодушную кузину такой встревоженной. Интересно, что сегодня с ней происходит?

– А что, по-твоему, главное в браке? – живо спросил он, улыбаясь.

– Любовь, естественно…

– Ах, невинная юность! – грустно вздохнул кузен, словно умудренный опытом старик.

– Почему ты так говоришь Джеффри? – небесно-голубые глаза Олимпии скрестились с его синими глазами.

– По праву старшего, дорогая. Ведь я уже прошел этот этап, к счастью. И потому могу только посочувствовать тебе.

– Ты хочешь сказать, что уже стал зрелым мужчиной?

Олимпия вдруг увидела кузена другими глазами.

Без сомнения, это был красивый и мужественный молодой человек, но не такой, как герцог Ормонд. Ее сердце внезапно защемило. – Разве в Лондоне перевелись истинные красавицы, кузен, если ты позарился на леди Уинхелд?

– Нет, конечно, – рассмеялся Джеффри, обняв ее за плечи и туманно закончил:

– Но еще есть время…

Олимпия, прислонив голову к его плечу, пыталась понять, что он имел в виду. Вечер сегодня был поистине очень странным. Во всяком случае, для нее.

Глава 3

С утра Олимпия нетерпеливо прохаживалась в роскошном салоне, дожидаясь возвращения дворецкого герцога Ормонда. Сначала он даже не хотел впускать ее во дворец Ормонд-Лодж, заявив, что его светлость никого у себя не принимает. Но после того, как Олимпия представилась ему, дворецкий озадаченно взглянул на нее и молча направился в апартаменты хозяина, чтобы доложить о прибытии незваной гостьи.

Время медленно шло, а он все не возвращался.