Жемчужина моря

 – Вообще-то я мечтаю о такой любви, как у вас с папой. И надеюсь, мне тоже повезет с моим женихом.

С минуту сеньора Оливия уставилась в чистые невинные глаза дочери. Без сомнения, она смотрит на мир через розовые очки. Поистине, ее дочь далека от тех проблем, с которыми ей когда – то пришлось столкнуться.

– Сандра, ты еще молода и не понимаешь многих вещей, – наконец проронила сеньора Оливия, снова тяжело вздохнув. – Но всему свое время.

Господи, как сказать дочери о том, что в жизни бывают обстоятельства, от которых зависит твоя судьба?! Ведь ей самой пришлось выбирать между гордым прозябанием в нищете и горячей любовью купца, сулившую вполне обеспеченную жизнь.

Но ее дочь так наивна. По крайней мере, она в своем возрасте была более опытней. Наверное, тому причиной явилась нищета, в которую они с матерью попали по милости своего беспутного отца, промотавшего в разгульных кутежах и карточных играх их состояние. После чего он наложил на себя руки, а ее мать умерла вслед за ним от сердечного приступа.

Внезапно вспомнив прошлое, Оливия Кинтеро в очередной раз вздохнула и перевела на дочь взгляд. И тут же последовал вопрос:

– Что вы хотите этим сказать, мама?

– Боюсь, любовь – это еще не самое главное, но иногда полезен и холодный расчет, чтобы укрепиться в этой бренной жизни.

Естественно, Сандра ничего не поняла, что хотела этим сказать ее мать. Ибо она выросла в окружавшей ее роскоши. И девушка не знала, что такое нужда. Однако она навсегда запомнила ее слова.

На какое-то время между ними наступила пауза. Но в конце концов сеньора Оливия вдруг спохватилась, что уже слишком поздно, и они покинули гостевую комнату. В коридоре сеньора Оливия, никого не встретив, пожелала дочери хороших снов и не спеша удалилась к себе. Сандра задумчиво посмотрела ей вслед.

Удивительно, почему ее мать считает, что любовь не главное в жизни? Это девушку невероятно озадачило. Разве что-то может быть сильнее этих чувств?

Позже, мучаясь без сна, Сандра пыталась представить лицо Хуана Рисаля де Аламо.

Весьма вероятно, что он сильно изменился за десять лет. Но его зеленые глаза, такие бесстыдно – насмешливые, не могли измениться. Впрочем, тогда она еще хотела расцарапать его смазливую физиономию за наглую выходку. Хорошо, если он забыл тот случай. Иначе она устроит ему веселенькую жизнь, что он горько пожалеет об этом.

Спустя два месяца барон дон Пабло Рисаль де Аламо прибыл в городской дом в Ла-Гуайре.