Графиня поневоле

Приехав к барону, Апраксин оставил Ефремушку в людской, а сам направился в апартаменты, как он выразился, для душевных переговоров, но Ефремушка знал, что за переговоры предстоят барину и уверен был, что граф своё вытянет: не мытьём, так катаньем.

Безропотно подчинившись хозяйскому наказу, он пошёл к домишку, располагавшемуся в глубине двора, то бишь, в людскую, где обитала прислуга дворовая, картишками ли перекинуться или поговорить за жизнь, в чём он тоже не уступал иным краснобаям своей речистостью.

Разумеется, если требовалось молчать, он мог часами сидеть каким-нибудь языческим истуканом, не проронив ни слова и, только моргая своими хитрыми глазёнками.

– Доброго Вам, здоровьица, люди, – сказал он, пройдя в помещение, пропитанное дымом от махорки, да и в настоящую минуту тоже нещадно чадили. Дым в комнате стоял, хоть топор вешай или, как говорят в таких случаях, хоть святых выноси. От двери с двух сторон, оставляя небольшой проход, стояли топчаны, возле окна стол, сколоченный из грубо обработанных досок с нехитрыми пожитками.

 – Дому сему владыке мир и многие лета…

– И тебе доброго здоровья, мил человек, коль с добром пришёл, – откликнулся ближний к дверям человек, продолжая кашлять надсадно, и только с дальнего угла, прищурившись присмотревшись, давний знакомый воскликнул:

– Так то ж, Ефремушка, Апраксина человек, – чем вызвал некоторое оживление в людской.

– Так и есть, Ефремушка, – отозвался он, так же узнав собеседника, – как живётся-можется, люди? Вы б, хоть не курили здесь, что ль? Продохнуть и то нельзя…

– Какие мы нежные, – не преминул кто-то из дворовых, подтрунить над ним.

 – А так-то в даже в богоугодной книге сказано: греха, мол, в том нет.

– Где это ты вычитал подобную ересь?

– Никак не ересь, а Псалтыре сказано: «И злак на службу человеком».

– Тьфу, ты, чёрт! На ночь глядя, заставляешь всякую нечисть упоминать, Господи, прости, – размашисто перекрестился Ефремушка, словно заправский поп на всенощной, вызывая усмешку у слуг.

– Так ведь не с нас пошла перепалка-то, вишь, словесная…

– Какие новые события произошли у вас, как меня не было? – не обращая внимания на подковырки, продолжил он интересоваться. Интерес-то праздный, не сколько чтобы выведать, сколько побалагурить, коротая время, что ни для кого не было секретом.

– Ну чего такого у нас может произойти, всё по старинке.