Человек на войне (сборник)

И, скорее всего, не себе – у дровяника ни полена», – определил Микко.

Дом, как, впрочем, и все хозяйственные постройки, был примечателен. Срублены не из кругляка, но каждое бревно отесано в овал, остругано рубанком и проолифлено. Юлерми славился в округе своим плотницким мастерством и тщательностью в работе. Дом был высокий и стоял на фундаменте из буроватого гранита с красиво расшитыми швами меж камней. Дверь, над которой приколочен древний оберег, челюсть огромной щуки, заперта на «карельский замок» – прислоненную палку.

Крыльцо высокое, на резных столбах, крытое в один скат тесом, нижние ступени припорошены снежком.

«Снег шел еще утром… С утра дома никого не было. Значит, один живет».

Микко вошел в дом.

Возле входа слева – рукомойник, под ним – ушат. По той же стороне, ближе к середине боковой стены, – печь. Перед печью кухня. Между печью и фасадной стенкой – женская половина, спрятанная за занавеску. В противоположном по фасаду, по-карельски большом, русский бы сказал – в красном углу, три иконы: Иисуса Христа, Божией Матери и святого Александра Свирского.

Это мужская половина, самое почетное место в доме. Вдоль всей правой стены, почти под самым потолком, проложено бревно. На нем обычно сушили сети, гнули полозья для саней, а иногда и лыжи.

Карелы в домашнем и хозяйственном обустройстве предпочитали обходиться своими силами и только в случае крайней нужды нанимали специалистов. Не считая богатых, естественно, богатые могли себе позволить наемный труд и без крайней нужды.

Фасад дома в три окна. У среднего, сокрытого занавеской, торцом к подоконнику стоял невысокий стол, возле него – скамейки. У правой стены деревянная кровать, застланная старательно, но не очень умело.

В доме не топлено и оттого неуютно. Однако, невзирая на неуют, довольно чисто, если не считать нескольких невымытых посудин.

Микко развел огонь в печи, поискал воды. Нашел немного в чайнике. Это не вода. Взял ведра, коромысло и побежал к колодцу. Когда вернулся, Юлерми был дома.

– Зачем тебе столько воды?

– Как же в хозяйстве без воды? – удивился в ответ Микко. – И еду приготовить, и посуду помыть…

– Еду готовить и посуду мыть есть кому. Мне одна старуха, финка Ирма Леппянен, мать Аймо Леппянена… Знаешь их? Нет? Ну, неважно… по хозяйству помогает. Стирает, готовит, а когда меня нет, скотину кормит и поит. Скотина мне не нужна. Ни корова, ни баран с овечкой, ни куры. Ни рук, ни времени не хватает. Но Сильва их очень любила.