Примерь мои туфли. Исповедь беглянки

И вот нас пригласили проститься с ним.

Пришёл отец, сел в зале рядом с телом умершего. Мы были в комнате Альбины, когда кто-то спросил отца:

– Где твои дети?

– Вот там, – кивнул он.

Кто-то рассказал нам об этом разговоре впоследствии, так как поведение отца удивляло многих. Он не поздоровался с нами и ни разу не посмотрел в глаза.

Подозреваю, что после каждой подобной встречи супруга трепала ему нервы.

Через некоторое время после похорон Альбина деликатно попросила меня перестать звонить и приходить в гости – супруга отца вновь запретила общение с нами.

И её послушались все, кроме дяди Якуба, который приехал за нами тем зимним вечером, когда мне было тринадцать лет.

Мне дважды объяснять не надо. На некоторое время я забыла дорогу в Чулпаново. Старшая сестра общалась с ними дольше, пока однажды не приехала неожиданно в Нурлат к одной из двоюродных сестер. Оказалось, что в тот день женился кто-то из наших родственников, и отец тоже был туда приглашён.

Чтобы избежать напряжения на празднике, сестру попросили остаться дома присмотреть за десятилетним племянником. Больше, насколько мне известно, она туда не ездила.

Долгие годы я не понимала, как отец может бросить своих детей. В глубине души думала, что он всё же любит меня, просто жизнь так сложилась.

В девятнадцать лет поехала к нему в гости с мужем. Наш брак был заключен по мусульманским канонам, официально мы его не регистрировали.

Очень хотелось посмотреть отцу в глаза, убедиться в том, что я действительно ему чужая, что у него и вправду нет ко мне никаких чувств.

Было это зимой. Раздобыла адрес, приехала без звонка. Повезло: отец был дома. Увидев меня на пороге в сопровождении незнакомого человека, они с супругой явно опешили. Думаю, если бы пришла одна, меня бы выставили, как тогда, в детстве, когда пришла к нему просить сделать лопатку. Ненавижу лицемеров!

Его супруга засуетилась, сама любезность и доброта.

Пригласила войти, усадила в зале на диван поближе к отцу, да так, что я ощутила тепло его напряжённого тела. Впервые за много лет я прикоснулась к нему.

До сих пор его жаль. Он был бледным, как полотно, и растерянным. Не знал, куда деваться, как смотреть на меня и что отвечать. Пока мы разговаривали в зале, супруга побежала в кухню готовить угощение. Выставила лучший сервиз, стол ломился от деликатесов и фруктов.