Примерь мои туфли. Исповедь беглянки

Дети нуждаются в безусловной любви и принятии со стороны обоих родителей. Им необходимо чувствовать, что они нужны и любимы.

В ходе работы над книгой, узнала, что, когда мы были совсем маленькими, отец говорил матери во время ссор:

– Это пёсьи дети, а не мои.

Этим псом был он сам, иначе вряд ли женщины спрашивали бы меня, его ли я дочь, когда встречали на улице.

Сегодня я не хочу вспоминать свою девичью фамилию, и тем более отчество. У меня их просто нет. Отчество бывает у человека тогда, когда есть отец.

А фамилия говорит о принадлежности к роду. Их род с лёгкостью от меня отказался сразу после развода родителей. Поэтому сегодня они мне чужие, хоть и пытаются наладить контакт, напомнить о кровном родстве.

* * *

Закончив главу об отце, я растерялась. Как писать дальше? Рассказать отдельно о матери, потом о сестре и об остальных ключевых моментах жизни?

Про мать и сестру по отдельности писать трудно, ибо мы жили в одном доме, и события в моей жизни тесно связаны с обеими одновременно.

Расскажу о другой фигуре, повлиявшей на формирование моей личности. Это отчим, с которым мы прожили семь лет.

Глава 3.

Отчим и младший брат

Чтобы у нас был отец

Когда мне было восемь, мать во второй раз вышла замуж. Новый избранник её был двухметровым мужчиной, носил «сорок последний» размер обуви, как шутили у нас в семье. Простой добрый мужик. Именно мужик. Не знаю, чем он очаровал мою мать, да меня это и не касается. Она всегда говорила, что вышла за него, так как хотела, чтобы у нас был отец.

И он действительно готов был нас удочерить, но не вышло.

Поначалу Ильхам Таирович был добрым, и я его как-то сразу полюбила. Я вообще тянулась ко всем, кто проявлял тепло и ласку. Нам велели называть его папой, и я сразу стала говорить «папа». Когда нас повезли в деревню к его родителям, обняла своих новых родственников, словно они мне родные и мы просто давно не виделись.

Не знаю, как принято в других семьях, но в нашем роду со стороны матери не было «чужих».

Приёмные дети сразу становились своими. У нас есть несколько двоюродных братьев и сестёр моего поколения, с которыми меня не связывают кровные узы. Это не помешало поддерживать с ними самые тёплые отношения в детстве. Мы росли вместе, в одном большом сообществе. Делили кров, стол, радости и горести, учились друг у друга, сочувствовали и помогали в беде. Конечно, ругались временами. Мы вместе познавали этот мир.