Примерь мои туфли. Исповедь беглянки

Как в армейском анекдоте: первый пункт устава – командир всегда прав; второй пункт устава – если командир неправ, смотри пункт первый.

Родители всегда правы. ВСЕГДА. И говорить о них должно исключительно с придыханием и поклонением.

Старшие братья и сёстры обладают почти рабовладельческими правами. В классической татарской семье им тоже следует подчиняться беспрекословно. Правда, старшие при этом должны защищать, обучать и оберегать младших, но…

В искажённой интерпретации этих правил про уважение к личности младшего речи не идёт.

Обычно в таких случаях младший становится чем-то вроде чернорабочего, боксёрской груши и мальчика на побегушках в одном лице. В случае отказа подчиняться в ход идут кулаки, оскорбления, разные способы унижения и прочее.

Так было в нашей семье.

Именно той искажённой интерпретации татарских традиций моя мать хлебнула в полной мере в своём детстве. Это отразилось на её характере, отношении к окружающим и атмосфере, которую она создала в нашем доме.

Ещё вспоминали, что она писала сатирические стихи и заметки, за которые ей часто доставалось, так как в деревне их читали громко, посмеиваясь над соседями. Полагаю, именно от матери мне досталась склонность к злой иронии и сарказму.

Мой прапрадед был настоящим богатырём. Мог одной рукой вытащить коня с повозкой из трясины. Но опасался призыва на службу в царскую армию. И если кто-то замечал эту его силу, говорил:

– Расскажешь кому – убью!

Когда во время работы в поле наступал обеденный час, прапрадед громко кричал в сторону деревни:

– Жена, неси еду!

И она слышала его, бежала на зов.

Моя прабабушка, мама дедушки, прожила почти до ста лет. Помню старую слепую женщину, лежавшую на диване. Она умерла, когда мне было лет шесть или семь.

Одна из двоюродных сестёр Лейсан рассказывала:

– Лежала она редко, большую часть времени сидела. Ела каждый день по листку алоэ. Когда я мыла полы, проверяла рукой, качественно ли. Каждый день надевала всё чистое.

Она очень мою маму любила. Та её кормила всегда и ухаживала. Я хорошо помню, как она умирала. Переоделась во всё чистое и попросила меня заплести ей волосы. Потом легла и умерла.

Дед был невысокого роста, смуглый, черноглазый. Мастер на все руки, работящий и очень энергичный. Не чурался никакой работы.

Из воспоминаний Лейсан:

– Я с ним валенки валяла в бане, он меня учил. Как сейчас помню всё детально. А ещё он печи клал и срубы рубил.