Гром. Начало

Смотри, смотри! – кричали они, показывая пальцем на что-то сзади.

– Что там? – спокойно спрашивал я.

– Не знаю. Посмотри!..

Я все-таки купился. Посмотрел. В ответ на это услышал смех и фразы, типа «А говорил, не купится». Это было немного обидно. Сначала.

Чувства переменились, когда я посмотрел вдаль. Из длинного коридора, громким цоканьем кожаных сапог и в сопровождении своих подружек, вышла Аня. Мое сердце стало стучать чаще. Оно вырывалось из груди, когда она подошла ко мне, и ушло куда-то, когда взглянула на меня своими красивыми голубыми глазками.

Я стоял в оцепенении, не зная, что сказать.

Она прошла мимо – не поздоровавшись, ничего не сказав. Все сразу было ясно: между нами ничего не может быть. Аня любила крутых парней: тех, кто курит и пьет водку, кто прогуливает уроки и огрызается с учителями – но не таких, как я.

Быстро прошел русский. Пролетела физика. Я «спал» на математике, читая все с доски и слушая преподавателя; и просыпался, когда она выходила к доске. Я не мог оторвать взгляд от ее румяных губ, когда она говорила, не мог не смотреть, как ее ласковые руки сжимают грубый белый мел, и я сходил с ума, когда она улыбалась, и на ее напудренных розовых щечках появлялись ямки.

Мое сердце билось еще чаще, когда шел урок физкультуры: не давали покоя ее гибкие движения, ее формы, ее смех. Я был влюблен без памяти. Когда она говорила со мной, я молчал, но потом винил себя за это целый день. Мне часто не хотелось есть, потому что я был сыт ее вниманием; мне часто не хотелось спать, так как думал о ней целую ночь. Иногда мне даже не хотелось жить, потому, что ее не было рядом – я был помешан на любви. На безответной любви.

Вмиг прошло еще два урока. Перед последним, на перемене, меня снова начали дурачить. И снова эта шутка про паука, ползущего по майке…

– Да ладно. Я не верю, – говорил я.

– Да, нет. Серьезно. Посмотри.

В ответ я повернулся и пошел прочь. Но мне стоило бы поверить. Иногда 1 апреля проскакивают и реальные вещи, ведь в каждой шутке есть доля правды.

Я почувствовал, как что-то ползет по руке. Пауков я не боялся, и поэтому, увидев паука на своей руке, не придал этому большого значения. Паук залез под мой рукав. Напряжение возросло, когда он пополз по моей спине. Затем он вылез из левого рукава и дальше пополз по руке. Я знал, что пауки не кусаются; точнее, что они не кусают людей. Но этот паук – исключение. Он прекратил движение, когда дополз до моей ладони.