Все адмиралы были троечниками 2

Она просто надоедает всему тебе в целом, потому что надо постоянно удерживать равновесие – стоя на месте, идя по коридорам, сидя за столом и даже лежа в койке. Организм не ропщет, понимая тщетность жалоб, он только молча ждет, когда это безобразие закончится. Если не скоро, то хоть когда-нибудь…

Как только входили в зону качки, начинались предсказуемые явления. Уже через час по всему кораблю устанавливался характерный запах… В жизни всегда так: то, что неприятно, наступает само собой, быстро и тянется долго.

А приятное – наоборот, медленно запрягает, но быстро доезжает до своего финала.

На кораблях не выдают пакетов, как на самолетах гражданской авиации. А раз их нет, что делать тем несчастным, кого приступ морской болезни настиг внезапно? Выход один – бежать в гальюн. (Вариант с выскакиванием к ограждению палубы – не самый лучший. Во-первых, выход на верхнюю палубу во время шторма запрещается, а, во-вторых, за борт могут улететь не только последствия морской болезни, но и сам «больной».

) Но обычно никто не успевает добежать, так как развязка наступает слишком быстро…

Приборщики коридоров и внутренних трапов начинают завидовать черной завистью приборщикам верхней палубы. И опрометчиво готовы с ними поменяться, забывая, что зимой и поздней осенью те завидуют им.

– Лучше бы ты обоср…ся! – от всего сердца желают они очередной жертве качки, ликвидируя последствия ее фиаско.

Если вы думаете, что приборщики злые ребята, то вы ошибаетесь, им всего лишь хочется справедливости.

Произойди то, о чем они сейчас мечтали вслух, виновник сам бы стирал за собой, а тут убирают они. Их нужно понять и простить. Ведь и им сейчас не очень комфортно, а некоторые сами готовы присоединиться к невольным нарушителям корабельной чистоты. Нередко можно наблюдать картину, как приборщик, начавший убирать за кем-то, заодно убирает и за собой…

Передвигаться по кораблю становится опасно – можно случайно наступить на… в общем, понятно, на что.

И это в тропических тапках!.. А ведь оно еще и очень скользкое… В таких случаях к нестройному хору проклятий приборщиков добавляются трехэтажные восклицания невнимательных или близоруких членов экипажа.

Те, кого клянут последними словами, сами не рады, они чувствуют неудобство перед товарищами и готовы многое отдать, чтобы перестало постоянно мутить. Но их собственные организмы отказываются им повиноваться.