Единогласное решение. История Магомеда Абдусаламова о том, как воля к жизни, терпение и любовь побеждают смерть

В детстве постоянно крутилась возле мамы, всюду следовала за ней, как хвостик, за нее же и пряталась, если вдруг ко мне обращались незнакомые люди. Поэтому и детских снимков у меня по сути нет: когда нашу семью собирался запечатлеть фотограф, я тут же становилась позади родных и ждала, когда это мучительное действо закончится.

Да что там, я и в ближайший магазин никогда не ходила одна и даже при встрече с соседями мне бывало непросто выдавить из себя простое «здравствуйте». Когда к нам приходили гости, а это происходило часто, потому что папа был очень гостеприимным, я мигом пряталась за печкой, как мышка.

Через какое-то время меня замечали и спрашивали, уж не знаю, в шутку или всерьез:

– Кто эта девочка? Может быть, соседка? Ей домой не пора?

– А это наша трусишка Баканай, – с улыбкой отвечал мой отец – махачкалинский милиционер Абдула Муртузалиев.

Он очень любил меня и продолжает любить. А я… немного побаивалась его, хотя отец делал для меня буквально все, выполнял любые мои пожелания и просьбы.

Например, представьте себе, что это такое – раздобыть приличную обувь в Махачкале 90-х? Это было, мягко говоря, непросто, но папа упорно ездил вместе со мной по всем коммерческим «точкам», пока не находил то, что мне нравилось.

Бывало, ждала его с работы допоздна и, не дождавшись, засыпала. Но перед этим расклеивала по всей его комнате записки: «Надо купить то, это!» И утром находила деньги, оставленные для меня отцом.

Дальше – больше. В девятом классе, помню, в начале зимы я захотела новую кожанку.

Папа держался до последнего:

– У тебя уже есть хорошая, недавно купленная куртка. Куда тебе еще одна?!

Я попросила тетю убедить его.

– Да купи ты ей эту куртку! – попросила она, но тут же передумала: – А лучше ковер. Подаришь Баканай на выданье.

«Вот так, значит! И тетя туда же! Ну ладно, сами напросились…» – подумала я.

В тот же день позвала папу в наш огород, где он и увидел… мою куртку. Она висела на дереве, словно ненужная тряпка.

– Все! Нет у меня теперь куртки! – сказала тогда я.

Тут-то отец и сдался, видя мою непреклонность. Получив обновку, я сняла прежнюю куртку с дерева и как ни в чем не бывало продолжила носить, поочередно с новой кожанкой (не пропадать же добру?).

И не только отец меня баловал. Однажды папа забрал меня с собой в гости, где его друг просто так взял и подарил мне настоящее бриллиантовое кольцо! Я, конечно, взяла, хотя потом поменяла подарок – на золотой браслет.