Посткоммунистические режимы. Концептуальная структура. Том 2

Количество возможных юрисдикций практически безгранично, и каждая из них дополнительно скрывает взаимосвязь между воровством и расходами. ‹…› Бессмысленно спрашивать, является ли Россия клептократией. Более уместно рассмотреть вопрос о том, каким образом российские элиты являются частью целой клептократической системы, посредством которой их хищения из государственного бюджета через шотландские ограниченные партнерства и банки Молдовы или Латвии связаны с лондонским рынком недвижимости[120 - Bullough O. The Dark Side Of Globalization.

P. 28–34.].

• оффшорные финансовые услуги, которые особенно необходимы на этапе сокрытия денег. В число таких услуг входит хранение незаконных средств в банках, а также «систематическое использование подставных компаний» состоятельными людьми, олигархами и полигархами, «которые хотят сохранить свою личность в тайне». О постсоветских странах авторы пишут, что «оффшорный аутсорсинг и построение государства были тесно связаны, а режимы и правящие семьи накапливали личные состояния, направляя на иностранные счета ренту, полученную от государственных активов, таких как предметы потребления, иностранная помощь и продажа предприятий советских времен или прибыль от них»;

• мировая бездонная бочка недвижимости, которая особенно необходима на стадии расходов.

Авторы поясняют, что «как только деньги „очищены“ через сети компаний, их владельцы могут использовать их для достижения [своих] общественных или политических целей и ‹…› удовлетворения бизнес-интересов». Таким образом, они превращают мировой рынок элитной недвижимости, который авторы называют «бездонной бочкой» из-за того, что «иностранные граждане вкладывают в него миллиарды долларов ежегодно, смешивая там незаконные и законные средства, в активы, которые защищены западными законами о собственности».

Последнее предложение особенно важно, поскольку оно указывает на ироничную ситуацию, когда для нормального функционирования криминальному государству требуется наличие некриминальных государств, поскольку последние ограничены в своем доступе к частным экономическим предприятиям, либо потому что (a) государственные институты не находятся в руках одного верховного патрона, который мог бы использовать их хищническим образом, либо (b) потому что страна является либеральной демократией, где владельцы подставных компаний защищены всеми институтами и законами, разработанными для отделения рынка от политической сферы социального действия.