Трёхочковый в сердце

Кира вскрикнула, но довольно скоро стон неожиданности сменился стоном наслаждения. Ещё в первые недели знакомства Ник узнал, об этой ее слабости к горячей воде, собственно, это порок всех более ли менее раскрепощённых девушек. И он всегда больше заводился, когда видел её такую. Кира реагировала по-особенному, возбуждаясь сильнее, и практически мгновенно кончая, если он двигался достаточно быстро, а струя хотя бы несколько секунд попадала куда надо. Она старалась держаться, но ноги предательски подкашивались, а тело сводило от полученного блаженства.

Кира стекла по стенке душевой кабинки, разворачиваясь к нему лицом.

– Прости, ты не успел, да. – это был даже не вопрос, констатация, но Нику было всё равно, ведь на Кирином лице была написана больше чем благодарность, и ему это всегда льстило.

– Что за глупости, малышка!? Ты же знаешь – удовольствие женщины, главный комплимент для настоящего мужчины.

– А доставленное удовольствие мужчине – лучший аргумент «ЗА» любящую женщину. – Кира знала, что Ник совсем не обратит внимание на неприкрытое признание в этих словах.

Не, потому что настолько глуп, просто типичный мужчина не сможет заметить даже слона, пока тот его не раздавит, и хорошо если он метафизический. Плевать, в конце концов, сейчас им хорошо, а с остальным они разберутся, со временем.

Кира поднялась на колени, заворожённо приблизившись к нему, в её глазах снова запылало то беснующееся пламя. И Ник подумал, что, наверное, так взрываются облака, поглощённые синевой неба.

Её рука схватила его за бедро, а вторая, проскользнув под мошонкой, поднялась до поясницы, проведя пальцами вниз по линии между ягодицами, спускаясь к нежной кожице яичек. Ник слегка напрягся, но в следующую секунду, полный блаженства отдался во властные не только руки своей госпожи. Губы Киры нежно сомкнулись на его головке, раскрывая кожицу, одновременно со вздохом втягивая член внутрь и насаживаясь на него всей глубиной рта. Её руки продолжали массировать яички, и от этого действия – нервозного щекотания, общий накал ощущений усиливался.

Она проводила губами вперёд, практически полностью обхватывая всю длину, а потом возвращалась назад языком, словно закрученный по спирали лестничный спуск, лаская член. И это не было грубой или похабной «полировкой», нет. Кира сливалась с ним будто в глубоком и страстном поцелуе, и казалось, что не она ласкает член, а он нежно поглаживая и приминая язык, старается доставить ей удовольствие.