Трёхочковый в сердце

Тишина оживилась, по автобусу пронесся довольный гул. Некоторые ребята стали переглядываться, оживлённо обсуждая, что за подарок их ждёт. Кто-то прочил новую экипировку, может спонсоры раскошелились на эксклюзивные расцветки кроссовок для команды в честь финала. Кому-то нравилась мысль о том, что для мотивации им дадут посмотреть на заветный трофей, где ещё не выгравировано имя победителя и толкнут очередную философски – напыщенную речь. Но большинство сходилось во мнении, что это будут ящики чемпионского шампанского, какого-нибудь коллекционного издания или вроде того.

Ник смотрел и слушал эти обсуждения с лёгкой улыбкой на губах. Естественно все эти идеи были абсурдным бредом, но почему бы ребятам себя не потешить, тем более каждый старался не думать о предстоящей игре и её важности, так какая разница, чем они забивали себе голову. Его больше волновали собственные переживания. В объятиях Киры он на какое-то время избавлялся от этого противного липкого чувства неправильности, или немного его притуплял, что-то тревожило его там – внутри.

Но сейчас оно вернулось и, как плохой полицейский, маячило ослепляющим светом прямо в глаза. Больше всего Ника беспокоило то, что он чётко понимал – дело не в игре. Сегодня он выйдет, и будет биться как никогда прежде, вне зависимости от исхода, положит все свои силы и умения ради долгожданной победы. Глупо было бы не ожидать от соперника такого же стремления, но Нику казалось, что у обеих команд достаточно мотивации, и исход решит большее мастерство одной из сторон. Попытавшись избавиться от докучавших раздумий, он воткнул наушники, включив случайный трэк в плеере:

«Пусть, дьявол на ухо шепнёт искушение.

Грехом, стремленье первым быть, я не сочту.

Продам и душу, лишь за воплощение,

Мечты, побед, короны, что ношу.

Она затёрта, в трещинах с шипами,

Ей проигравших венценосцев коронуют.

Чтоб на секунду с ним померяться местами,

Тебя в мгновение и разденут, и разуют.

»

Первый выбор оказался неудачным, Ник нажал кнопку и виртуальная болванка переключила песню, продолжая отдавать предпочтение хитам Эминема:

«В углу затравлен зверь, и задыхаясь,

Он разозлён и дрессирован не сдаваться.

Его связали крепко, собираясь,

Оставить в грязной подворотне побираться.

Они ещё узнают его гнев,

Животного, что вырвалось из клети.