Кровь Меровингов

Незнакомое доселе чувство близкого неизведанного тревожило и увлекало одновременно. Жан внимательно смотрел по сторонам. Он также забыл о доме, где тепло и безопасно.

Тишина звенела, все больше настораживая. Ворон и Готье старались двигаться как можно более бесшумно. Собственные шаги оглушали их. Ночные охотники шли небольшим полукругом. Впереди ехали верхом Луиза и Жан. По бокам, чуть отставая, продвигались наперевес с арбалетами и копьями Ворон и Готье. Они постоянно оглядывались, обеспечивая прикрытие тыла.

– Святые угодники! Ох, смилуйся над нами, Господь и Пресвятая Дева Мария! – шептал Готье себе под нос всю дорогу.

Ощущение опасности и тревожная неизвестность звали дальше и дальше. Иногда Луиза оборачивалась, окидывая спутников взглядом. Время приближалось к полуночи. Местность пошла в гору. Это означало скорый спуск в лощину. Кустарники и островки спутанной травы уступили место папоротниковым зарослям. Большие кусты резных листьев кружевными пятнами усеяли землю.

Почти на границе с лощиной над головами неслышно пролетела стая белых сов.

Человечьими глазами посмотрели совы на людей. Нервы напряглись, как тугая тетива лука. Все остановились и переглянулись. Каждый знал: белые совы – это души древних людей, некогда живших здесь. Повстречать их означало получить предупреждение.

– Отступись, мир духов! – прошептал Ворон, выкручивая немыслимый знак пальцами.

Луиза осталась безучастна к совам. Что должно свершиться – непременно произойдет. Она огляделась и вдохнула воздух.

Ничего. Тишина. Только лес по-прежнему в тысячу глаз наблюдает. Луна безучастно источает коварное сияние. Она многое видит, многое знает. Кому она поможет сегодня?

Воинственный пыл юных вилланов поубавился, но они зашли слишком далеко. Небольшая возвышенность выросла на пути. За ней притаилась неизвестность черной топи. Луиза перекинула арбалет через спину, обернулась к своим спутникам и обнажила меч. Голос твердо и вдохновенно зазвучал в ночной тишине.

– Оставьте свой страх врагу! Отомстим за убитых и освободим нашу землю от проклятых тварей! – произнесла она.

– Да поможет нам Господь! Вперед! – подхватил Жан.

– Защити и спаси нас, Пречистая Дева, от нежити! – шепнул Готье.

Ворон промолчал.

Привязав коней, все пошли вверх. Совсем другой предстала лощина перед Луизой ночью. Гнилостной вонью и болотной сыростью встретила она непрошеных гостей. Плачущий крик цапли наполнял душу тоской. Черные дубы торчали из болота, как руки мертвецов.