Долг

– В Городе запрещены – попрошайничество, воровство, открытый блуд, дуэли, оскорбление Магистрата, предсказание будущего и колдовство.

– Что не запрещено, разрешено? – отведя взгляд от пола, поинтересовался Пистос.

– Смотря что не запрещено.

– Ясно.

Писарь задал ещё несколько ничего не значащих вопроса и с богом отпустил задержанного.

Выйдя из караулки, Пистос огляделся. Жизнь в Городе, стиснутом со всех сторон высокими крепостными стенами, активно бурлила во всём её разрешённом и запрещённом разнообразии: попрошайки приставали к прохожим, хватая худыми грязными руками за подолы платьев; многочисленные селяне и торговцы несли в руках, катили на тележках либо везли в подводах товар на большой городской рынок; блудницы, откровенно задирая подолы платьев, зазывали на минутку зайти с ними за угол; карманники с чуткими носами по-свойски шныряли в непрерывном потоке людей; цыганки предлагали за бесплатно наврать про ожидавшее клиента радужное будущее…

– Не нравится мне этот город, – пробормотал Пистос и влился в текущую меж каменных домов толпу…

Для временного проживания он выбрал небольшой постоялый двор, что порекомендовал продавец оберегов.

Одинокому путешественнику приглянулись уединённость от городской суеты, малое число соседей по комнате и пожилой немногословный хозяин. Осмотрев нового постояльца с ног до головы и о чём-то поразмышляв, тот согласно кивнул. Получив пару монет серебром, проводил до небольшого помещения с соломенными тюфяками прямо на земляном полу и хлипкими перегородками, разделявшими общую комнату на индивидуальные каморки. Продолжительный стаж бродяжничества позволял по достоинству оценить немудрёный комфорт. И получив гарантированное место на ночь, Пистос двинул в по своим делам.

Торговый день наводнил улицы Города пришлыми торговцами, многочисленными покупателями, бережно хранящими в кожаных мешочках на поясе монеты для оплаты покупок, и ещё более многочисленными зеваками, у которых за душой не было ни мешочка на поясе, ни даже единственной монетки серебра.

Тут же отирались карманники, блудницы, цыганки и прочая шайка-лейка, всегда сопутствующая большому скоплению людей.