Они возвращаются

Воспоминания…

– Не отвлекайся, – Рея грубо обрывает нить, казалось бы, готового начать распутываться клубка, – Расскажи, что чувствуешь в этот момент…

– Кхм-м, – я пытаюсь уловить свои сиюминутные ощущения, – Мне порою кажется, что мы обладаем врождённой способностью управлять этим миром. Но по мере взросления, нам просто внушают, что это невозможно…

– Осторожнее… Ты вступаешь на очень опасную тропу. Ложные ожидания вполне могут привести к когнитивному диссонансу между твоими надеждами и реалиями этого мира, абсолютно инертного к желаниям человека.

А далее только сумасшествие. Со всеми вытекающими в виде смирительной рубашки и обитых матами стен.

Я перевожу взгляд с психолога на потолок. Что за чёрт? Он уже буквально весь покрыт густой сетью паутины, и она продолжает разрастаться, словно сотня невидимых паучков неустанно прядут свою призрачную пряжу.

– Рея, что у вас с потолком? Он весь порос паутиной!

– Где паутина? Я ничего не вижу.

– Но… Как же. Вот же она, – и я испуганно тычу пальцем в самый её центр, где должен сидеть гигантский паук…

…

– Привет, новичок.

Я отвожу взгляд от белоснежного потолка и встречаюсь взглядом с соседом по кроватям. Тот ухмыляется и подмигивает мне.

Мы лежим в довольно просторной комнате, в которой двумя рядами стоит почти дюжина кроватей. Пустых нет, все заняты лежащими людьми.

По-моему мужчинами. Кто-то недовольно ворочается, а кто-то самозабвенно храпит.

– Где я?

– Где-где, в Караганде! – довольно хохочет шутке смешливый сосед.

– А точнее? – я начинаю раздражаться столь неадекватному веселью.

– У тебя амнезия, что ли?

– Не помню.

– И как сюда попал, не помнишь? Даже душ Шарко не запомнился?

– А что это – шарко?

– Ха-ха! Да тебя, голубчик, ждёт масса новых впечатлений.

Но, боюсь, приятных среди них не будет…

Пока я обдумываю, чем бы таким тяжёлым треснуть соседа по глупой голове, тот педантично ковыряется в своём носу. Заметив мой внимательный взгляд, тушуется, и незаметно вытирает палец о мою подушку.

– В дурке ты. Со вчерашнего вечера…

Соседа моего кличут Николаем. А поскольку наши кровати стоят бок о бок, само собою мы сразу же становимся закадычными друзьями.