Цвет. Рассказы

Так до конца и не привык к этому.

Но ей нравилось. Крутясь перед большим зеркалом в прихожей и рассматривая себя со всех сторон, она показывала на свежее пятно от его пятерни на ягодице и восхищённо говорила: «Ручищи-то сильные! Настоящие, мужские! Как схватил и не отпускал, пока не отъ…» И снова заводилась. И глаза загорались, и она висла на нём, стягивая только что надетые трусы и толкая в кровать. Или к столу. Или к стиральной машине. Много куда.

Они забирались на крышу. Но там было грязно, неуютно, ветрено.

И едва она раздевалась по пояс и подставляла солнцу свою красу и гордость, с заклеенными специальными стикерами сосками (вычитала где-то, что это вредно – не закрыв загорать), как немедленно обнаруживался извращенец с биноклем в доме напротив. И показав ему сначала кулак, а потом язык, она с сожалением одевалась обратно.

Доставала сигарету и курила, любуясь видом на город. А он стоял рядом, морщился, когда дым летел в лицо и держал её за талию. Они возвращались домой и вместе снимали с неё эти забавные наклейки.

И так же, как перед выходом, возня заканчивалась предсказуемо – поиском опоры, раскиданной одеждой, ахами и охами.

«Зачем это всё?» – спрашивал он себя.

«Сколько можно протянуть вместе, бешено совокупляясь при каждой встрече?»

«Ничего же другого нет – ни общих интересов, ни задушевных разговоров, ни общих планов. Ни будущего».

Но вспоминал её лукавый взгляд из-под чёлки, забавную привычку теребить мочку уха, когда задумывалась, ненасытное желание его, именно его рук на своих бёдрах.

«Чёрт, да что ещё надо? Разговоров? Планов? Мало в жизни было и того и другого? Потом разберусь. Сейчас же хорошо,» – отвечал он себе. А когда она приходила, то все сомнения исчезали, растворялись, улетучивались вместе с её ласковым шепотом на ухо: «Мур-р-р, твой котёнок проголодался. А потом можно будет и поесть».

Позже, когда всё закончилось, он со щемящей грустью вспоминал те мысли. Наверное, она чувствовала эти подлые сомнения, это трусливое неверие, это запланированное предательство.

И продолжала любить как умела. Желать быть вместе, с ним рядом, настолько близко, насколько возможно, так глубоко пустить его в себя, как только могла. Не обращая внимания на остальное: косые взгляды, шёпот за спиной, уговоры подруг и даже на его малодушие.

Финал был близко. Они как раз вернулись из небольшого похода в лес. «На природе же! Птички чирикают, травой пахнет и мы такие на опушке трахаемся, с природой наедине.