Фараон

Оставил у меня на хранение драгоценностей и золота на целый талант, а не ест мяса и не пьет вина… Должно быть, это или великий пророк, или большой мошенник».

С улицы вошли во двор два голых псилла, то есть укротителя змей, с мешком ядовитых гадов и начали представление. Младший заиграл на дудочке, а старший стал обвивать себя маленькими и большими змеями, из которых и одной было бы достаточно, чтобы разогнать всех постояльцев гостиницы «У корабля». Дудочка визжала, укротитель извивался, гримасничал, дергался и все время дразнил гадов, пока одна змея не ужалила его в руку, а другая в лицо.

Третью, самую маленькую, он проглотил живьем. Гости и прислуга с беспокойством смотрели на эти фокусы. Все дрожали, когда укротитель дразнил змей, пугались и жмурили глаза, когда они жалили укротителя, когда же он проглотил змейку, зрители завыли от восторга.

Только приезжий на передней галерее даже не соблаговолил взглянуть на представление и, когда укротитель подошел за монетой, бросил ему на пол два медных дебена и показал рукой, чгобы он не подходил близко.

Зрелище продолжалось с полчаса. После того как псиллы покинули двор, к хозяину подбежал негр, обслуживающий комнаты для приезжих, и стал что-то озабоченно шептать ему, а затем неизвестно откуда появился полицейский десятник и, отведя Асархаддона в отдаленную нишу, долго беседовал с ним, причем почтенный владелец гостиницы то и дело колотил себя в грудь, всплескивал руками и хватался за голову. Наконец, дав негру пинка в живот, он велел подать десятнику жареного гуся и кувшин кипрского, а сам отправился на переднюю галерею к гостю, который как будто дремал, хотя глаза у него были открыты.

– Печальные у меня для тебя новости, почтенный господин, – проговорил хозяин, садясь рядом с приезжим.

– Боги посылают людям дождь и печаль, когда им заблагорассудится, – равнодушно ответил гость.

– Пока мы смотрели на псиллов, – продолжал хозяин, теребя седоватую бороду, – воры забрались во второй этаж и украли твои вещи – три мешка и ящик, наверно большой ценности!.

.

– Ты должен сообщить о моей пропаже в суд.

– Зачем в суд? – шепнул хозяин. – У наших воров свой цех… Мы пошлем за старшиной, оценим вещи, заплатишь ему двадцать процентов стоимости – и все найдется. Я могу тебе помочь.

– В моей стране, – заявил приезжий, – никто не ведет переговоров с ворами, и я тоже не стану. Я живу у тебя, я тебе доверил свое имущество, и ты за него отвечаешь.

Почтенный Асархаддон почесал спину.