Фараон

Да и ты сам мог бы приказать избить меня палками и прогнать вон, если б я осмелился взять меньше…

– Когда же ты принесешь деньги?

– Принести?… О боги! Это не под силу одному человеку. Я сделаю лучше: я расплачусь за тебя со всеми так, чтобы тебе не пришлось засорять голову такими ничтожными делами.

– Разве ты знаешь, кому я должен платить?

– Пожалуй, знаю, – ответил небрежно финикиянин. – Ты хочешь послать шесть талантов для восточной армии – это сделают наши банкиры в Хетеме и Мигдоле. Три таланта достойному Нитагору и три достойному Патроклу – это можно будет устроить на месте.

А Сарре и ее отцу Гедеону я могу выплатить через этого паршивого Азарию… Так даже будет лучше, а то они еще надуют тебя при расчетах.

Рамсес принялся нервно шагать по комнате.

– Значит, я должен дать тебе расписку на тридцать талантов?

– Какую расписку, зачем расписку?… На что мне расписка?… Сын царя сдаст мне в аренду на три года свои имения в номах: Такенс, Сет, Неха-Мент, Неха-Пеху, в Себт-Хет и Хабу.

– В аренду? – переспросил царевич.

 – Это мне не нравится.

– А как же я получу свои деньги, свои тридцать талантов?

– Подожди. Я должен справиться у управляющего имением, сколько приносят в год эти земли.

– Зачем вашему высочеству утруждать себя!.. Что знает управляющий! Он ничего не знает, поверь честному финикиянину. Год на год не приходится, какой урожай, такой и доход. Если я потерплю убытки на этом деле, разве управляющий мне их возместит?…

– Видишь ли, Дагон, мне кажется, что эти поместья приносят гораздо больше, чем десять талантов в год…

– Сын царя не доверяет мне? Хорошо! Если угодно, я могу скинуть имения в Сете.

Как? Ты все еще думаешь, что я требую с тебя лишнее?… Ладно, уступлю и Себт-Хет. Но при чем тут управляющий? Это он будет учить тебя уму-разуму?… О Ашторет! Я бы потерял сон и аппетит, если бы какой-то управляющий, подчиненный, раб, смел указывать что-нибудь моему всемилостивейшему государю. Тут нужен только писец, который напишет, что сын царя сдает мне в аренду на три года земли в таких-то и таких-то номах, да еще шестнадцать свидетелей того, что я удостоился такой чести со стороны вашего высочества. А зачем служащим знать, что их господин занимает у меня деньги?…

Наследнику надоел этот разговор. Он махнул рукой и сказал:

– Завтра принеси деньги и приведи с собой писца и свидетелей. Я этим заниматься не стану.

– Вот это мудрые слова! – вскричал финикиянин. – Да живешь ты вечно, благороднейший государь!..