Фараон

– Куда? – спросил Гедеон.

– Ни за что! – возмутилась Сарра; ее прекрасное лицо пылало от негодования. – Разве я не принадлежу наследнику престола, перед которым эти люди падают ниц!

И прежде чем отец и прислужница опомнились, она выбежала на террасу, вся в белом, и крикнула толпе, волновавшейся за оградой:

– Вот я!.. Чего вы хотите от меня?…

Шум на минуту утих, но вскоре послышались грозные голоса:

– Будь проклята, чужеземка, твой грех задерживает воды Нила!

В воздухе просвистело несколько камней, брошенных наугад.

Один из них попал Сарре в лоб.

– Отец!.. – вскрикнула она, схватившись за голову.

Гедеон подхватил ее на руки и унес с террасы. В темноте видны были голые люди в белых чепцах и передниках, перелезшие через ограду.

Внизу кричала не своим голосом Тафет, а невольник-негр, вооружившись топором, встал в дверях дома, грозя размозжить голову всякому, кто осмелится войти.

– Давайте сюда камни! Прикончить этого нубийского пса! – кричали в толпу люди, сидевшие на заборе.

Но толпа вдруг утихла. Из глубины сада вышел человек с бритой головой, одетый в шкуру пантеры.

– Пророк!.. Святой отец!.. – пронесся шепот.

Сидевшие на заборе стали соскакивать вниз.

– Народ египетский, – раздался спокойный голос жреца, – как дерзаешь ты поднять руку на то, что принадлежит наследнику престола?

– Там живет нечистая еврейка, которая задерживает разлив Нила… Горе нам!.. Нищета и голод нависли над Нижним Египтом.

– Люди слабой веры или слабого разума! – продолжал жрец.

 – Слыханное ли дело, чтоб одна женщина могла остановить волю богов? Каждый год в месяце тот Нил начинает прибывать, и разлив его растет до месяца хойяк. Бывало ли когда-нибудь иначе, хотя в нашей стране всегда жило много чужеземцев и нередко в числе их пленные жрецы и князья; изнывая в неволе и тяжком труде, они могли в гневе и злобе призывать на нашу голову самые страшные проклятия, и не один из них отдал бы жизнь за то, чтобы солнце в утренний час не взошло над Египтом или Нил не разлился в начале года. Но какой был толк от их молитв? Или их не слушали в небесах, или чужие боги бессильны перед нашими. Каким же образом женщина, которой живется у нас хорошо, могла бы навлечь бедствие, какого не удалось навлечь даже могущественнейшим нашим врагам?…

– Святой отец говорит правду!.. Мудры слова пророка! – послышались голоса в толпе.

– А все-таки Моисей, еврейский вождь, наслал тьму и мор на Египет… – возразил чей-то одинокий голос.