Самос

Паренек снова повернул на юг. К счастью, ни Андреаса, ни римлян нигде не видать. Значит, их удалось обмануть. Они немного сошли с курса, который Альмицес наметил, но теперь шли в правильном направлении. Вот только тучи снова сгущались, предвещая еще одну бурю. Несмотря на то, что девчонки перекусили, им нездоровилось. Сказывалось отсутствие опыта хождения на лодке. Их укачивало, а это проходит только на твердой земле.

К вечеру ветер усилился, и Альмицесу пришлось сложить парус. Он с Тельмой сел на весла. Волны нарастали.

На горизонте посеревшее небо сливалось с морской далью. Альмицес решил подойти ближе к берегу. Он, конечно, очень боялся нападения чужих кораблей, ведь этот район славился пиратами, но и риск пойти на дно был слишком велик. Похоже, эта буря будет сильнее вчерашней.

Весь вечер непогода набирала силу. Альмицес не хотел рисковать, опасаясь подводных камней, и вел лодку параллельно берегу в двухстах – трехстах шагах от него. Вдруг сильный удар отозвался звоном в ушах.

– Что это? – Тельма вскочила и обняла сестер.

Паренек посмотрел на дно лодки.

– У нас течь. – Альмицес быстро встал, нужно было поскорее закрыть брешь в носу. Трещина была небольшая, но вода прибывала слишком быстро и грозила потопить лодку. Так далеко не протянешь, нужно было срочно чем-то ее забить. Младшие сестры снова расплакались, напряжение опять овладело отчаявшейся четверкой.

– Я могу тебе чем-то помочь? – Тельма отложила весло, чтобы успокоить сестер, и подошла к брату.

– Принеси мне смолы и пеньку, они там снизу.

– Он показал рукой на деревянный ящик под одной из банок.

Тельма с удивлением наблюдала, с какой ловкостью ее брат справлялся с проблемой. Течь была устранена, но буря продолжалась. Тельма стала искать весло, но его смыло в море. Грести одним веслом против бушующих волн – миссия чуть более, чем невыполнима. Тогда Альмицес решил расправить парус лишь на треть, чтобы использовать силу ветра и провести лодку по волнующемуся морю.

День сменился ночью.

Ветер усиливался. Даже неполностью расправленный парус придавал лодке огромную скорость. Сквозь брешь немного сочилась вода, но пока это было некритично. Альмицес прикинул, что с такой скоростью они к утру дойдут до Коса. Парус был сильно натянут, паренек постоянно следил за ним. Вдруг веревки, которыми он привязал его, ослабли, и парус полностью расправился. Лодка покачнулась в сторону носа, и мачта издала сухой стон. Ткань лопнула и теперь полоскалась на ветру.