Самос

Эта небольшая площадка была скрыта от посторонних глаз. Со стороны, где остались повозки, ее видно не было. Дети могли рассмотреть только заднюю часть деревянной площадки, которая служила сценой. На нее вела грубая лестница. Затем привели пленников из другой повозки. Они все также были скованы между собой и также надежно охранялись.

Через какое-то время появился работорговец. Он мило беседовал с элегантно одетым мужчиной в яркой богатой тунике и изящных сандалиях. Они внимательно осмотрели пленников и продолжили беседу.

Снаружи людской гул усиливался по мере того, как солнце поднималось по небу. В середине первой половины дня собеседник работорговца поднялся по лестнице на подмостки и всеми силами стал привлекать внимание людей, собравшихся снаружи. Охранники пинками вытолкали мужчин из второй повозки на сцену. Зазывала, мужчина в разноцветной тунике, начал расхваливать эту группу, выставляя на показ их мускулы и указывая на их рост.

– Вы же сами все видите. Лот не продается по отдельности.

– Эти слова пробудили надежду у Неризы.

– Я верю, – сказала Жанира, – нас продадут одним лотом!

Зазывала как мог заигрывал с собравшейся публикой. Хотя дети не понимали их язык, им было ясно понятно одно: на сцене шел активный торг. Казалось, прошла вечность, прежде чем троих из мужчин спустили по лестнице, и, погоняемые палками охранников, они снова вошли в палатку.

– Их продали по отдельности, – Альмицес обреченно вздохнул, надежда таяла на глазах. Девочки замолкли. Дети снова обнялись, как в последний раз.

Торговля на сцене продолжалась все утро. Наконец, очередь дошла и до Теопулосов. Охранники вывели их на сцену вместе с гречанкой и парой с ребенком. Кандалы с них так никто и не снял. Все молчали. Было очень страшно. При том при всем, стражники этой разношерстной группы не проявляли никакой предосторожности, словно знали, что их подопечным некуда деваться.

Торговая площадь хорошо просматривалась сверху. Повсюду стояли такие же подмостки, публика сновала между ними, слушала зазывал, приценивалась к живому товару.

Человек, с которым до этого разговаривал работорговец, показал все чудеса красноречия, стремясь побыстрее избавиться от рабов и подороже их продать. Можно себе представить, какое удовольствие от зрелища получали столпившиеся вокруг зеваки. Понемногу они включились в действо, тут и там выкрикивая свои ставки. Торг закончился, и из толпы раздался радостный вопль. Лот выиграла женщина с украшениями из бисера.