Необыкновенная жизнь обыкновенного человека. Книга 4. Том 2

Так вот, обсуждая это положение, все трое пришли к выводу, что оно в известной мере обусловлено тем, что членовредители, выбывшие из подразделения по ранению, обратно в часть не возвращались, и у оставшихся, менее решительных, чем их друзья, складывалось мнение, что тем-таки удалось улизнуть с передовой. Поэтому они хотели следовать их примеру, в свою очередь становясь членовредителями.

После довольно долгого разбора разных случаев сделали вывод, что самым правильным было бы приводить приговоры в исполнение в той части и именно в том подразделении, где произошёл случай членовредительства.

Оба врача посоветовали Цейтлину написать специальный рапорт на имя председателя трибунала. Очевидно, в данный момент у комдива и происходило обсуждение этого вопроса.

Разные соображения промелькнули в мозгу Алёшкина прежде, чем он дал ответ на вопрос комдива. Он сказал:

– По-моему, судить и наказывать членовредителей надо в том подразделении, где они до этого служили, и не обязательно приговаривать к расстрелу.

Многие из них могут ещё неплохо воевать. Но надо, чтобы все их товарищи видели, что всякий или почти всякий членовредитель разоблачается и наказывается.

– А политработа? – живо спросил Володин. – Вы не считаете, что членовредительство – результат плохой политработы?

– Я не могу об этом судить, но мне кажется, что вот такой способ наказания членовредителей, о каком говорю я, и будет самой лучшей политработой, – ответил Борис и заметил, как ободряюще блеснули глаза у начальника политотдела.

– Ну, недаром у вас там комиссар дивизии лежит… Все под его дудку пляшете, – пробурчал комдив, затем обернулся к председателю трибунала и начальнику Особого отдела:

– Ну что же, давайте попробуем, послушаемся докторского совета.

Председатель трибунала усмехнулся:

– Этот доктор насоветует! Я его давно знаю. Никогда не забуду, как он мою машину забрал, а самого во главе раненых поставил, как командира взвода какого-нибудь, – он вкратце рассказал Володину о случае, происшедшем в Хумалайнене.

После этого комдив ещё раз внимательно посмотрел на Бориса, затем подал руку ему и Емельянову и добавил:

– Ну, что же, идите, устраиваетесь на жильё с начхимом. Да, в ближайшие дни объезжайте все полки и осмотритесь как следует. Кстати, вы давно знакомы с товарищем Марченко? – спросил комдив у выходившего Алёшкина.

Тот даже опешил от неожиданного вопроса, но всё-таки довольно быстро ответил:

– Нет, товарищ комдив, только с его прибытия в дивизию.