Атаман Ермак со товарищи

 – Если умрем достойно, то приложимся к нашим, у Господа будем едины с народом своим и со Христом…

– Не всем повезет так умереть, как Черкашенину. Сказывают, он голову свою на выкуп Пскова отдал?

– Говорят так, – подтвердил Ермак.

– Позавидовать можно, – вздохнул Казарин. -Точно он у Господа в славе и покое. А тут не знаешь, как и жить. Стали казаки в Старое поле возвращаться, да своих юртов не помнят, где чьи кочевья, не помнят. Дерутся меж собой.

– Неужто Старое поле им мало сделалось? – ухмыльнулся Ермак.

– Стало быть, мало! Коней друг у друга угоняют, отары угоняют. Ловы по Дону да по запольным рекам друг у друга перехватывают. Неправду в Старом поле творят…

– А что ж старики-то смотрят?,.

– Старики? – невесело засмеялся Казарин. – А кто их слушает, стариков-то?

– Во как?! – удивился Ермак. – Да, видать, давно дома не был, коли тут такое!

– Старое поле не узнать! Здесь нонь неправда живет. Вон Кумылга поехал – самый старый в Поле. А сколь у него родаков? Семнадцать человек, да и те все для боя негожие! Он, может быть, и стал бы жить по присуду, да где у него сила? А тут кои приходят из Руси, самих-то казаков старых родов с десяток не наберется, так они на Руси у Царя в сотники, а то и головы казацкие выходят и приводят сюда по две, по три сотни голутвы! И творят что хотят, своевольничают!

– А что ж атаманы? – сказал Ермак.

– Эва… – Казарин похлопал себя нагайкой по голенищам сапог.

– Это мне голос новый! – признался Ермак.

– Вот те и голос! – вздохнул Казарин. – Век бы того голосу не слыхать! Сила над честию верховодит!

– Беда! – подытожил Ермак.

– То-то и оно, что беда! – согласился Алей Казарин. – Тута то ногайцы, то черкасы… То свои – хуже басурман. Вот и вертимся в Старом-то поле, на своей отчине, как сатана на свечке…

Они замолчали, глядя на остывающие угли.

– Сам-то чего делать будешь? – спросил Казарин.

– Счас на стругах по Дону на низ пойду, к своим юртам, надо людям роздых дать – кой год без передышки.

– Ну-ну… роздых, – сказал Казарин. – Я, слыхал, и у тебя там чегой-то не кругло!

– Через чего? – вскинулся атаман.

– Да навроде, слыхал, ваши чиги с каким-то Шадрой рубились.

– Что за Шадра?

– Не знаю! Послал наших туды узнать, как чего, – но ростепель, а они конно пошли.