Дети призрака. Наследник

Голенев уже знал, что именно на ней Лена и Руфина Абрамовна обнаружили мертвого Трофима. Отчим Иры покончил жизнь самоубийством не в силах совмещать работу мэра города со службой своей покровительнице Маке Соловьевой. На многие страшные вещи ему пришлось закрывать глаза, что при наличии совести опасно для жизни. В результате, Трофим сначала стал пьяницей, а потом самоубийцей.

Ира тронула его за плечо и передала трубку:

– Тебя Сергей из Бирюзовска.

– Да Сережа. Есть новости с Никулиным?

– Никаких. – Ответил Сергей: – Всех наших бандитов проверил, никто его не похищал.

Или пришлые, или еще чего. Похоже я не в силах. Может, сам приедешь?

– А я вообще в Бирюзовске сколько лет не был. Пока погружусь, год пройдет. Да и тут у меня не все спокойно.

– Кого-нибудь из прежних не добили?

– Да нет, те молчат. Здесь что-то другое.

– Помощь нужна?

– Спасибо, пока нет. Понадобишься, вызову. – Голенев отключил телефон и снова застыл,

– Так и будешь истуканом у окна стоять? Все уже за столом, а ты еще в шароварах.

 – Пристыдила мужа Ира, заглянув в спальню. Сама она уже успела одеться и причесаться.

– Иду. – Ответил Олег, но с места не сдвинулся.

– Не вижу. – Заметила молодая жена, схватила Голенева за руку и потащила в ванную.

Когда он, выбритый и подтянутый, вошел в столовую, все семейство уже сидело за столом, а Елена в веселом фартучке разливала кофе:

– Доброе утро зятек. Что-то ты сегодня припозднился. – Встретила она Голенева, продолжая хозяйничать.

– Спать, это хорошо.

 – Подмигнул отцу Леня и широко зевнул.

– А вот зевать за столом плохо. – Ответила Ира и покраснела.

– Ленька только с койки поднялся. Вчера приперся к рассвету. – Донес на брата Митя.

– И кто она? – Полюбопытствовал Тема, накладывая на тарелку изрядный кусок бисквита.

Леонид мечтательно улыбнулся:

– Хорошая девочка – грузинка. Приехала с отцом мандаринами торговать, и чуть не угодила под прутья шпаны. Кстати, я с них снимал показания на английском. Грузин филолог, кандидат наук, дочка аспирантка.

Пока мы с ней гуляли, она мне такого порассказала… Ужас, что у них творится.

– Да, в Грузии дела идут скверно. – Согласился Голенев. Я служил с грузином, в бытность СССР. Он еще тогда любопытно высказывался о России. Говорил – русские наш старший брат. Но и старший брат бывает дурак.

– Недурно… – Согласился Саша. Только теперь заметно, что все наоборот – дурак брат младший.

Леня за грузин заступился:

– Не надо, братишка.