О театре и не только

В 1979 г. Плотникову было около 70.

Взял как-то меня Сергей Николаевич на приемку спектакля «Мадмуазель Нитуш» в г. Котлас. После спектакля – обсуждение. Дали первое слово мне, как члену комиссии и молодому. Ну, думаю, я первый и последний раз приехал в Котлас, зачем мне их костерить. Плохое впечатление останется о калмыках. Я сказал: «Командировочные я не оправдал. Спектакль хороший». Прошелся по мелким замечаниям и затух. Режиссер был доволен, а Сергей Николаевич раздолбал их в пух и прах.

Потом в самолете пробурчал: «Ты что подыграл им? Расхвалил их и меня поставил в неловкое положение. Хитер!» А потом, через паузу кричит мне в ухо: «Молодец! Тактик!» Другой раз, когда я должен был ставить спектакль с главным режиссером Эдуардом Симоняном «Синие кони на красной траве», спросил в гримерке: «Я к тебе хорошо отношусь?»

– Ну, какой разговор, Сергей Николаевич, – отвечаю я.

– Тогда не занимай меня в спектакле, – отрезал Народный артист.

– Сергей Николаевич, не я командую, а главный режиссер Симонян, – стараюсь отбрыкаться.

– Я еду на съемки, деньги надо заработать. Один армянин, другой калмык. Вы, что, русского языка не понимаете? Душите русского, – рявкнул Сергей Николаевич.

– Сергей Николаевич, да отпустят вас.

– Да я так. Буду я у вас отпрашиваться. Я фигура в Архангельске. А ты уже струсил.

В гримерке расспрашивал об отношении ко мне артистов, про репетиции. А в конце разговора частенько подытоживал загадочной фразой: «Дави русопятых!».

Почему он так говорил, не знаю. Не заискивал же он передо мной и не натравлял. Однажды Сергей Николаевич мимоходом произнес: «Не дрейфь! Ты знаешь больше этих актеров. Убеждай знаниями, эрудицией, не комплексуй! Я слышал про вашего героя гражданской войны Оку Городовикова. По тебе судят обо всех калмыках. Не дрейфь!» – и пошел дальше по фойе.

Как-то в гримерке пили чай, говорили о театре. Вдруг Сергей Николаевич спросил:

– За что в Сибирь вас, калмыков выслали?

– Сталин, Берия что-то сфабриковали.

– Ты что? Я же сталинист, коммунист, а ты такое!

– Ну, нас реабилитировали. Несправедливо поступили, – доказывал я.

– Не дрейфь! Я пошутил. Русские руководители так бы не поступили, – мягко сказал Сергей Николаевич. – Я тебя тогда на первом спектакле пожалел. Ты же за всех калмыков отвечал. Нехорошо с народом поступили. Мерзко! Русские бы так не сделали.

– Кто знает.